воскресенье, 14 июля 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

Валихан Тулешов: Отличие нашей демократии от американской равнозначно разнице между долларом и тенге

Казахстанский эксперт Валихан Тулешов, проживающий сейчас в США, рассказал exclusive.kz о том, в чем разница между тенге и долларом, Белым домом и Акордой, американским и казахстанским парламентом, а также о том, почему появление Тюркской конфедерации неизбежно.

- Казахстанцы очень активно обсуждали выборы в США. Настолько активно, что собственные выборы в парламент до сих пор на периферии общественного внимания. Какова ваша версия - почему это нас так волнует и действительно ли приход Байдена повлияет на нашу действительность?

- Действительно, выборы в США после «ухода» Елбасы и прихода К-Ж.Токаева и событий, связанных с выборами, привлекают все больше и больше общественного внимания. И это связано, во-первых, с тем, что наше общество (по большей части маргинальное) начинает, наконец, видеть отношение власти к нему, сопоставлять политические процессы в разных странах. Мы наконец-то начинаем задавать себе простые вопросы - почему, имея практически одни и те же институты государственности (Президент, Сенат, Мажилис, Верховный Суд и т.д.), Казахстан, который имеет все возможности (человеческие и природные ресурсы), остается авторитарно развивающимся государством, где общество отчужденно от власти, а власть отчуждена от общества. Люди наконец-то начинают понимать, как различные общественные силы могут менять внутреннюю и внешнюю политику страны, делать жизнь простых людей удобной, комфортной и благополучной. То, о чем думает народ, уже по истечении полутора лет президенства Токаева, продолжает повышать общественный градус настроений. Люди начали понимать, что от их общественной и политической позиции в стране может многое измениться достаточно быстро. Главное, люди начинают видеть смысл политической конкуренции, самым наглядным примером которой являются выборы в США.

Конечно, гражданское общество у нас находится в самом начале пути своего становления, мы едва начинаем де-авторизировать, демаргинализировать и декоммунизировать наше общественное и политическое сознание. И в качестве наглядного материала, конечно, выборы в США для нас становятся главным учебным пособием. Конечно, еще есть и «европейский вариант», который является в какой-то мере классическим и о котором можно говорить отдельно и долго, но именно «американский вариант» со всей остротой и глубиной демонстрирует нам то, что в таких жестких и порой жестоких условиях политической конкуренции рождается, тестируется и развивается настоящая живая политика, политика «живого народа», народа, не отчужденного от власти и формирующего власть исходя из собственных интересов. К этому качеству «живого» и потому «вечного народа» нам с нашим лозунгом «Мангилик Ел» идти и идти. Я здесь специально употребил слово лозунг, поскольку пока в политическом смысле и контексте мы не являемся «живым народом», народом, который не потакает какой-то политической силе и не мирится ни с физическим насилием против его права свободно изъявлять свое мнение, ни с монополией на идеологию и избирательное распространение информации.

Во-вторых, улавливая эту разницу между силами, контролирующими разные ветви власти в США и тем способом, которым она формируется, наши люди косвенно начинают воспринимать различия в подходах, к примеру, к ObamaCare или к проблемам миграции. Я не могу сказать, что наши люди детально понимают различие подходов республиканцев и демократов к вопросу о преодолении COVID-19, но в целом, из-за сохранившейся привычки полагаться на государство, им в большей мере импонирует платформа Байдена. Во всем остальном (отношения с Россией, иранская ядерная программа, климатическое соглашение и т.д.) у наших людей также ощущается большее внимание к политике демократов, ярчайшим представителем которых был и остается Барак Обама.

В-третьих, за вычетом особенностей политических программ республиканцев и демократом в США, которые наши граждане практически не понимают, как идеологические, остаются механизмы, процедуры и средства контроля. Вот о них то в большей мере начинает задумываться наше гражданское общество, активисты и политические субъекты. Это, кстати сказать, очень хороший признак зарождения подлинной политической активности.

Пока же, я думаю, наш народ еще не склонен оценивать отставание нашей демократии от американской косвенно - через соотношение «доллар - тенге», как бы смешно это не казалось! И в этом заключена важный посыл: пока у нас в стране не заработает двигатель демократической конкуренции, до тех пор мы будем получать зарплату в постоянно девальвирующем и слабеющем тенге. То есть, разница между тем, как мы живем и как хотели бы жить, пока является дистанцией огромного размера! В истории же мы наблюдали, как, например, в Японии, с ростом качества демократии, быстрыми темпами развивалась экономика, а вместе с ней укреплялась и йена.

Наконец, ни сам Байден, никто либо другой в отдельности, не смогут в одночасье повлиять на нашу страну, как это могли бы сделать мы сами. Внешняя политика США по отношению к Казахстану достаточно стабильна, потому что институты государства могут сдерживать друг друга, противостоять каким-либо резким сменам курса. Это достаточно мудрая политика косвенного влияния. Стратегически, Казахстан достаточно уверенно и правильно действует на международной арене и не идет на поводу у кого бы то ни было. И США, и Казахстан руководствуются своими национальными интересами. Как они законспирированы или кодифицированы -это другое дело. Поэтому, Казахстан и США могут совместно изменять форматы, если это потребуется из складывающейся международной и региональной ситуации.

- США практически дистанцировались от ситуации в Нагорном Карабахе и Россия этим, похоже блестяще воспользовалась. Как выглядит ваше послесловие? Можно ли считать проблему решенной?

- Я вам скажу, возможно, очень парадоксальную вещь: никакого дистанцирования США со времени прежних их решений ведь не произошло. Ничего большего с решений Минской группы, ни Франция, ни Россия, ни США не могли сделать. И виной тому была позиция Армении, которая пользовалась результатами миротворческих усилий Минской Группы и всего мирового сообщества. Теперь же, когда при стечении многих обстоятельств и благодаря мужеству своих солдат Азербайджан при политической поддержке братской нам Турции сдвинул вопрос с мертвой точки и освободил свои земли, никто и не скажет, что США, Франция и Россия сделали что-то выдающееся. Когда-то Обама сказал, что Запад не должен мешать России бороться с ИГИЛ в Сирии и они (русские) «могут тоже красить забор». По прошествии этих лет США также не воспротивились желанию Турции «красить забор» ни в Сирии, ни в Ливии. Америка сделала самое важное - она практически перестала быть всемирным полицейским или, во всяком случае, хочет, чтобы ответственность за судьбы мира (как бы это пафосно не звучало) делили с ней все остальные. В Америке понимают, что в эпоху информационных технологий, когда интернет легко преодолевает все политические и территориальные границы, важно развивать именно человеческий капитал в странах, которые хотят независимости. В этом ключе США в целом весьма позитивно относятся к тому, чтобы деколонизация и десоветизация постсоветского пространства осуществлялась усилиями самих народов этого региона. Поэтому, США, по умолчанию, позитивно отнеслись к тому, чтобы Россия, исторически причастная к событиям, случившимся на Кавказе в последние столетия, не только «красила забор», но и стала в какой-то мере гарантом мирного возвращения Азербайджану его территорий. И это великий шанс для России, когда она будет не безучастно наблюдать над переформатированием постсоветского пространства в интересах распространения мира и прогресса в ее бывшем «заднем дворе». Не это ли проявление политической мудрости, если учесть, что Турция, весьма и весьма важный партнер, и союзник США, наиболее активнейшим образом содействует этому?

Ко всему прочему, в Америке, на мой взгляд, понимают возрастающее значение тюркского фактора, который был раздроблен и сокрыт в глубине истории усилиями большевиков, и то, как тюркам раньше всегда удавалось объединять разные цивилизации, когда их империи соединяли Восток и Запад, Север и Юг Евразии. Наша удивительная тюркская универсальная способность понимать, принимать и объединять разные цивилизации, культуры и народы, иметь универсальное видение ситуации, становится сегодня важнейшим примером не только для остального мира, но прежде всего для самих наших народов. Конечно, в западных СМИ пока еще не трубят об универсальном политическом мышлении, присущем тюркам, поскольку мы живем не в одном государстве и все мы разные. Больше всего на Западе, и прежде всего в Европе, обеспокоены Турцией. Но я думаю, что через 15-20 лет об этом будут говорить все, поскольку к тому времени будет создан в том или ином виде Тюркский Союз как конфедеративное цивилизационное объединение, как Объединенные Тюркские государства. Но об этом надо позаботиться прежде всего нам самим.

- Значит ли это, что настало время пересмотра некоторых наших позиций в отношении ОДКБ и других союзных объединений?

- Да, конечно, настало! Но я бы поставил вопрос по-другому: насколько мы сами осознаем свою выгоду от данных объединений и есть ли у нас ресурс или поддержка (как в случае с Азербайджаном и Турцией) для изменения правил игры?

Очевидно, что, во-первых, для изменения правил игры, нам необходимо иметь адекватное правительство, которое ставило бы в приоритет наши национальные интересы открыто и честно. Это первое и самое важное условие. Хотя и сейчас мы можем приостанавливать наше участие по тем или иным вопросам, которые нам не нравятся (например, назначение Генсека ОДКБ от Армении или неудовлетворенность работой Евразийской Экономической комиссией, высказанные и Президентом Токаевым и Премьер-Министром Маминым), НО, мы это делаем в рамках вопрошаемых, а не в рамках инициаторов проектов. Не открыто и честно, а как сателлиты доминирующей страны. Понятно, что надо менять механизмы решения, процедуры и стандарты, но для корневых изменений надо хотя бы воспользоваться теми процедурами, которые уже есть. Ведь ничто не мешает поставить вопрос об исполнении статьи ОДКБ о недопустимости участия членов ОДКБ в территориальных конфликтах на постсоветском пространстве. К сожалению, наше правительство не в состоянии поставить вопрос о невмешательстве России на Востоке Украины или о закрытии военных полигонов России в Казахстане. Не говоря уже о тарифах провоза нашей продукции по территории России, тарифов на транспортировку нефти и газа, ввозе сельхозпродукции и т.д. В этом отношении надо работать смелее, быстрее и настойчивее. И наоборот, там, где ставятся вопросы, касающиеся политической, финансовой и военной интеграции больше того, что имеется, надо очень осторожно и последовательно оградить наш государственный суверенитет от неоимперских посягательств.

По поводу самих этих организаций я бы сказал, что они изначально были достаточно «размытыми», абстрактными и «всеобъемлющими», они начинались не конкретно с нефти и газа (как когда-то Европа начала с угля и стали), а сразу со всей номенклатуры товаров! Это нонсенс! Поэтому, конечно, нужно в значительной мере отменить ненужные регулирующие меры, существенно сократить списки регулируемых позиций. Так настоящая интеграция не строится. На таких принципах мы получим новый Советский Союз с его зарегулированностью, отсутствием реальной свободы перемещения товаров, услуг, капиталов и рабочей силы, что, собственно, его и погубило, а его члены надолго отбросило в страны «третьего мира».

Санкции в отношении России также косвенно влияют на нас, как и курс привязки тенге к рублю. В общем, вопросов много, а рубить с плеча сейчас не нужно, нужно конкретно во всем разобраться по полочкам с учетом меняющейся ситуации. Я бы посоветовал на очередном заседании НСОДа основательно проработать данный вопрос.

- Как, на ваш взгляд, должны сегодня измениться наши геополитические приоритеты? Можно ли говорить о кризисе евразийства?

- Говоря о прогрессе государств, прежде всего имеют в виду социальный прогресс, и в этом отношении сближение с передовыми социально-ориентированными государствами для нас чрезвычайно важно. Я уже с 2000-го года говорю, что путь Казахстана в Европу не лежит через Россию, а в предыдущем интервью Вам сказал, что путь Казахстана в Европу лежит скорее через Турцию. И неважно, что Турция еще сама не вступила в ЕС, но тот путь, который она продела, сочленяя свое законодательство с законодательством ЕС, позволяет говорить, что, за исключением некоторых условных вопросов, Турция - это такая же европейская страна, как Германия или Италия, член НАТО и весьма важный стратегический партнер США, с которыми Турция может уверенно полемизировать по поводу покупки у США F-35, а у России С-400.

Уровень развития экономики, технологий, науки - все говорит о том, что в Турции создана высококонкурентная экономическая и политическая среда, практически идентичная по структуре и функционально с ведущими европейскими государствами. А это выводит страну на очень высокие показатели качества жизни. В общем, нам есть над чем задуматься.
 Что касается евразийства… Российский вариант евразийства, основанный на силовом контроле, однозначно уходит в прошлое. Тюркский вариант евразийства становится наиболее привлекательным как с точки зрения самих тюркских народов, перспектив их развития и цивилизационного сближения, так и с точки зрения внутреннего политического устройства самой России.

- Конфликт в Нагорном Карабахе очень сильно обнажил тюркский вектор, разделив общество на два лагеря. Как сегодня выглядит реалистичность неопантюркистского союза?

- Мы не можем сегодня говорить о неопантюркизме, как и о неосманизме или неокемализме и т.д., поскольку эти проекты предполагали создание той или иной формы метрополии в тюркском мире, с идеологией, инвариантной имперскому порядку. Я имею в виду объединение тюркских племен и народов какой-то доминирующей силой или этносом, где все претензии на лидерство сосредотачивались бы в некоем одном и главном политическом субъекте, а «младшие братья», в соответствии с нашими кодексами поведения, были бы исполнителями этой господствующей воли. Время неопантюркизма как силового ответа на вызовы прошлого прошло. Теперь речь идет о создании Тюркского Союза на принципах, инвариантных принципам функционирования Европейского Союза и поэтому главным здесь будет именно культурно-цивилизационная составляющая.

Важно здесь еще то, что, конечно, он будет политическим союзом, пока отношения цели и порядка власти не исчезнут вообще, чего ожидать в ближайшем будущем не стоит. Политика может быть огранена общими моральными кодексами, культурными и эстетическими особенностями и это, на самом деле, может выступать цементирующим основанием такого союза. Как показало примерное взаимодействие Азербайджана и Турции, это могут быть равноправные политические отношения, основанные на субэтнической общности. И они могут быть гармонично встроены в систему международных отношений. Такие отношения могут быть и у Казахстана с другими тюркскими государствами, если мы не потеряем интерес к нашей общей субэтнической идентичности, создаваемой веками и тысячелетиями. Вот почему так важны все вопросы культурно-гуманитарного и общественного сотрудничества между нашими странами, начиная с написания общей истории тюркских народов и государств и кончая самыми разными мелочами. Спаянность всех культурных оснований как раз и позволит создать еще более нравственную форму интеграции, которая будет конечно кодифицирована, но при этом всегда доступна для инноваций и нововведений.

Выгоды от такого формата отношений, конечно, нам еще предстоит глубоко осознать и буквально дозреть до них в каждой отдельной стране. Культурно-исторические сообщества формируются ведь не вдруг и поэтому очень важен опыт всей европейской цивилизации, прошедшей реформацию религиозного сознания, капиталистическую модернизацию и вступившую в постиндустриальную эру. На этом пути предстоит решить еще огромное количество вопросов.

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33