среда, 22 мая 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

В дискуссиях о высокой инфляции забыли про Китай

Джеймс Гэлбрейт

Масштабы предложенного президентом США Джо Байденом «Американского плана спасения» (ARP) – $1 трлн расходов в этом году, ещё $900 млрд после этого и плюс обещанная инфраструктурно-энергетическая программа стоимостью $3 трлн напугали многих макроэкономистов. Оправданы ли их страхи?

Экономистов, специализирующихся на банках и рынках облигаций, которые раньше уже кричали «волки-волки», можно проигнорировать. Год назад многие из них предупреждали, что закон «Об антикоронавирусной помощи, поддержке и экономической безопасности» (CARES) стоимостью $2,2 трлн вызовет гиперинфляцию из-за резкого увеличения предложения денег. Но этого не произошло.

Более заметными среди критиков являются неокейнсианцы, подобные Лоуренсу Саммерсу из Гарвардского университета и его многочисленным сторонникам. Саммерс предлагает иной анализ. Именно его дядя, Пол Самуэльсон, обосновал вместе с будущим Нобелевским лауреатом Робертом Солоу кривую Филлипса в 1960 году. В первое десятилетие своего существования эта простая модель помогала делать наиболее успешные эмпирические прогнозы в экономической истории и с тех пор превратилась в базовое экономическое правило.

Опираясь на статистические данные послевоенной Америки и Британии с конца XIX века, кривая Филлипса постулирует обратную связь между инфляцией и безработицей: когда одно снижается, другое растёт. В этом, похоже, и есть причина сегодняшнего беспокойства Саммерса. Разнообразные пакеты федеральной помощи действительно колоссальны – на один только план APR приходится примерно 6% ВВП. А в целом масштабы федеральных расходов даже больше, достигая, согласно оценкам, 13% ВВП. Для сравнения: традиционно оцениваемый разрыв между потенциальным и фактическим ВВП (то есть объёмы простаивающих мощностей в экономике) достигает лишь четверти этой цифры – или даже ещё меньше.

Кроме того, официальный уровень безработицы, равный сейчас 6,2%, не так уж страшно далёк от уровня 4%, который традиционно оценивается как «полная занятость». Те, кто получают государственную финансовую помощь, сконцентрированы на дне пирамиды распределения доходов, и поэтому – в теории – они должны больше тратить и меньше откладывать из грядущих денежных пособий, особенно учитывая, что у многих домохозяйств уже появились определённые сбережения после выплат в рамках закона CARES. Если следовать старомодной логике кривой Филлипса, новые «стимулы» смогут снизить безработицу до уровня полной занятости и повысить уровень инфляции с 0,6% в 2020 году до как минимум 2-3%.

Однако после 1969 года с кривой Филлипса возникли проблемы. В течение дальнейших примерно 25 лет она считалась, согласно господствовавшей экономической доктрине, не кривой, склоняющейся вниз, а вертикальной линией – по крайней мере, «в долгосрочной перспективе». В результате был сделан вывод, что любая попытка снизить безработицу ниже «естественного уровня» или «не ускоряющего инфляцию уровня безработицы» (сокращённо NAIRU) приведёт к гиперинфляции. Я почти не сомневаюсь, что Саммерс испытывает намного больше доверия к американскому капитализму, чем следует из такого мнения, тем не менее он всегда был очень близок именно к этой боязливой научной школе.

С другой стороны, реальность просто стёрла кривую Филлипса. С начала 1980-х годов – и несомненно с середины 1990-х годов – невозможно обнаружить никакой инфляции, при этом снижение безработицы не приводило к её росту. Связь оказалась ни вертикальной, ни склоняющейся по кривой вниз; она оказалась плоской, то есть отсутствующей – и, возможно, всегда такой и была. Я указывал на это в 1997 году в статье под названием «Пришло время избавиться от NAIRU». Спустя двадцать один год известный неокейнсианец Оливье Бланшар задался, по сути, тем же самым вопросом в том же самом журнале: «Должны ли мы отвергнуть гипотезу естественного уровня?».

Что произошло? Ответ можно чуть ли не полностью суммировать одним словом: Китай. С начала 1980-х годов доллар США начал укрепляться, уничтожив промышленную базу и профсоюзы американского Среднего Запада. Последовавший затем крах мировых цен на сырьё – а вместе с ними и Советского Союза – создал условия для превращения Китая в ведущего мирового поставщика промышленных потребительских товаров.

Одновременно исчезли силы, толкавшие вверх потребительские цены в США после 1970 года, в их числе девальвации доллара, резкие повышения цен на нефть, индексация выплат промышленным рабочим (которая приводила к росту цен). Поскольку полная занятость никогда не была виновником роста инфляции, достижение полной занятости в конце 1990-х годов и накануне пандемии Covid-19 не привело к возврату инфляции. Кроме того, колебания цен на нефть перестали отражаться на зарплатах и других ценах, потому что американские рабочие места сейчас в основном сосредоточены в сфере услуг, где цена труда – это та цена, которую вы платите.

Но не воспользуется ли сейчас Китай повышением спроса в США, чтобы поднять цены? Нет, потому что китайские компании боятся уступить свою долю рынка другим странам, и потому что в китайской экономике ценится не максимальная прибыль, а социальная стабильность, постепенный рост производства и сокращение издержек с помощью обучения и новых технологий. Эти компании не будут отпугивать клиентов, повышая цены ради извлечения выгоды из небольшого увеличения спроса. Могут быть задержки в выполнении заказов и поставок, можно будет увидеть небольшое повышение цен из-за роста стоимости морских перевозок и увеличения зарплат в Китае. Однако единственная реальная инфляционная угроза исходит от тех, кто раздувает пожар войны с Китаем. Война всегда приводит к инфляции; а война с нашим крупнейшим поставщиком товаров станет инфляционным кошмаром.

Если исключить этот риск, американские домохозяйства никак не страдают от дефицита смартфонов, посудомоечных машин и кроссовок. Им не хватает уверенности и надёжности. И поэтому значительная часть байденовских денег не достанется Китаю вообще. Они пойдут на сбережения для покрытия будущих платежей – арендных, ипотечных, коммунальных и долговых.

Да, какая-то часть этих средств будет потрачена на услуги, которых не хватало в последний год, что до некоторой степени оживит рынок труда в этих отраслях. Часть будет использована для ремонта или обновления жилья – эти расходы откладывались, потому что люди опасались дополнительных затрат на сантехников, электриков или маляров. А часть пойдёт на постройку новых домов, что уже и происходит.

Что касается остального, то значительная часть средств пойдёт на покупку акций, облигаций и недвижимости – особенно земли, домов в пригородах и дач в деревне, которые стали особо цениться во время пандемии. Именно в этих секторах цены будут расти, ещё больше обогащая тех, кто уже владеет подобными активами. Разрыв в уровне богатства, и так уже колоссальный, станет ещё больше. Поскольку акции и облигации, а также существующие дома и земли не являются вновь произведёнными потребительскими товарами, повышение цен на эти активы никак не будет фигурировать в индексах, которыми измеряется инфляция. Нам надо будет следить за этими ценами в индексе S&P 500 и на платформе недвижимости Zillow, где повышение цен совершенно логично считается чем-то хорошим.

Есть два более широких вывода. Во-первых, традиционная неокейнсианская макроэкономика 1960-х годов не может служить полезным руководством для понимания американской экономики, которая сейчас полностью переплетена со всем остальным миром и фундаментально изменилась из-за подъёма Китая. Во-вторых, проблемы неравенства и прекариата в Америке не являются в реальности проблемами какого-либо материального дефицита. Они стали результатом неустойчивого, неправильного распределения богатства и власти.

Джеймс Гэлбрейт профессор государственного управления, заведующий кафедрой отношений государства и бизнеса в Школе государственной политики им. Линдона Джонсона при Техасском университете в Остине; в 1993-1997 годах работал главным техническим советником по макроэкономической реформе в Государственной плановой комиссии Китая; автор новой книги «Неравенство: Что нужно знать каждому».

Copyright: Project Syndicate, 2021. www.project-syndicate.org

Оставить комментарий

Политика

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33