среда, 12 июня 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

Мы не знаем, что творится с нашим Национальным фондом

Вот уже два года нет доступа к полному отчету о том, как формируется и используется Национальный Фонд, который полностью контролируется президентом. Правда, при этом до сих пор не ясно, какой именно президент имеется в виду: первый или действующий.

Exclusive.kz начал публикацию драматического исследования. Его итоги говорят о том, что, если мы узнаем правду о том, как и кем используются нефтяные платежи, международного скандала не миновать.

Как выяснилось, выгоды от нефти ничтожны по сравнению с убытками, которые несет народ Казахстана. Стоит вопрос о целесообразности дорогостоящих нефтегазовых операций в принципе.

Согласно исследованию международного консорциума экспертов «Публикуй, что платишь», два гигантских нефтегазовых месторождения Казахстана – Карачаганак и Кашаган, в которые были инвестированы средства крупных европейских нефтяных компаний, являются дорогостоящими проектами с непредсказуемыми последствиями для населения, цена которых может оказаться гораздо выше сомнительной выгоды.

Несмотря на участие Казахстана в Инициативе Прозрачности в Добывающих Отраслях (ИПДО) и раскрытие ключевых данных участвующими компаниями, общество имеет весьма смутное представление о том, как и кем формируются социальные и инфраструктурные проекты, экологический и социальный вред не устраняется и не компенсируется, а местные активисты беспокоятся за свою личную безопасность.

Представляющий Великобританию член Глобального Совета «Публикуй, что платишь» Майлз Литвинофф, который координировал данный проект, поставил «под сомнение целесообразность дорогостоящих нефтегазовых операций в период падения мирового спроса».

Напомним, что добывающие (нефтяные, газовые и горнодобывающие) компании, зарегистрированные в Канаде, Европейском Союзе, Норвегии и Великобритании, по закону обязаны ежегодно публиковать свои платежи правительствам каждой из стран, где ведётся деятельность. В Казахстане этот процесс идет в рамках Инициативы Прозрачности в Добывающих отраслей (ИПДО). Однако, исследование показало, что газ и твердые полезные ископаемые являются унаследованным богатством; добыча - по сути их продажа. Налоги, связанные с добычей, роялти и прочие платежи являются государственными поступлениями в обмен на продажу невозобновляемых минеральных ресурсов. Таким образом, ни о каких «доходах» не может быть и речи.

Тем более тогда есть ряд вещей, которые должны стать предметом разбирательства. А именно тот факт, что казахстанская налоговая база для добывающих компаний является общедоступной, но условия соглашений о разделе продукции (СРП) - нет. Во-вторых, те социальные проекты, которые с гордостью показывают KPO и NCOC, на самом деле оплачиваются из эксплуатационных расходов, то есть это означает, что они оплачиваются в конечном итоге Казахстаном и его гражданами. И это далеко не значит, что там нет элемента коррупции. В-третьих, стало ясно, что Казахстан имеет минимальные экономические выгоды от двух месторождений. Операторы и консорциумы совместных предприятий, по-видимому, несут и дисконтируют исключительно высокие затраты, прежде чем рассчитывать прибыль от нефти, от которой правительство получает поступления. Регистрация в Нидерландах KPO, NCOC и многих участвующих дочерних компаний затрудняет доступ казахстанских граждан к финансовой информации компании и вызывает обеспокоенность по поводу потенциального уклонения от уплаты налогов.

Однако, раскрытие условий Соглашений о разделе продукции, знать которые имеют полное право налогоплательщики Казахстана, это процесс хоть и долгий, и сложный, но вполне реализуемый при достаточной политической воле. Гораздо более щекотливые вопрос – использование платы на продажу ресурсов. Когда в стране добываются невозобновляемые природные ресурсы всегда есть три угрозы: плохой менеджмент, экологический коллапс и нарушение прав человека. Поэтому есть только один способ борьбы с этими тремя монстрами – прозрачность. Нетрудно догадаться, что ни правительство, ни нефтяные компании в ней не заинтересованы. Это значит, общество и только общество является главной движущей силой в сторону того, чтобы требовать прозрачности в использовании тех ресурсов, главным бенефициаром которых оно и должно являться. И вот тут есть загвоздка. Хотя законодательство Казахстана и требует публикации всех официальных юридических документов по СРП, данные остаются конфиденциальными, а усилия по обнаружению финансовых условий для любого из направлений – бесплодными. В соответствии со Стандартом ИПДО 2019, юридические соглашения между компаниями и правительством Казахстана, подписанные или измененные после 1 января 2021 года, должны быть опубликованы, но это не будет распространяться на СРП Карачаганак и Кашаган, только если они не подвергнутся изменениям после этой даты. Тем не менее, имеющиеся документы раскрывают правовые и фискальные рамки, но не раскрывают точных договорных условий.

Добывающий сектор Казахстана, охватывающий разведку и добычу, включает в себя множество компаний и проектов. Эксперты сосредоточились только на небольшом количестве совместных предприятий европейских добывающих компаний, а также на выплатах и поступлениях, генерируемых этими проектами. Это был анализ платежей казахстанскому правительству, раскрытых отдельными компаниями в обязательных отчётах и через казахстанскую ИПДО, а также взаимодействие с государственными органами Казахстана для проверки получения и использования платежей, уточнения фискальных условий и/или обсуждения других вопросов.

Юридические и фискальные рамки для добычи полезных ископаемых в Казахстане

Казахстанский Кодекс о недрах и недропользовании 2017 года определяет правовые рамки для добычи полезных ископаемых, в то время как Налоговый кодекс страны, пересмотренный в 2017 году, включает в себя стандартную налогово-бюджетную систему, кратко изложенную ниже. В статье 720-3 перечислены все налоги и связанные с ними платежи, применимые к недропользователям, в дополнение к корпоративному подоходному налогу и другим налогам, хотя не указаны ставки, определенные для каждой категории платежей, или способы применения ставок в отдельных СРП:

  • Подписной бонус.
  • Платеж по возмещению исторических затрат.
  • Роялти.
  • Доля Республики Казахстан по разделу продукции: доля государства в прибыльной нефти, то есть его доля в добыче нефти после возмещения затрат партнёрами по совместному предприятию (себестоимость нефти), стандартная особенность СРП, выплачиваемых в денежной или натуральной форме.
  • Налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ).
  • Налог на сверхприбыль: применяется к операциям в рамках СРП, подписанных после 1 января 2009 года.
  • Альтернативный налог на недропользование: альтернатива возмещению исторических затрат/ НДПИ/налог на сверхприбыль.

Статья 722-1, Положения о стабильности, устанавливает, что налоговые режимы, указанные в СРП, заключенные до 1 января 2009 года, остаются в силе в течение всего срока действия договора. Таким образом, Карачаганак и Кашаган, чьи СРП были подписаны до этой даты, освобождаются от налога на сверхприбыль. Предыдущий Налоговый Кодекс включал бонус за коммерческое открытие, который впоследствии был отменён.

Роялти и права на добычу должны быть определены в контрактах. Они могут быть оплачены в натуральном выражении в соответствии со статьей 772, но в Кодексе не указана формула для определения доли государства.

Налог на Добычу Полезных Ископаемых (НДПИ) основан на объеме нефти/газа, добытого за определенный период (статьи 740-1-2-3). Цены варьируются в зависимости от годового объема производства (аналогично роялти на основе скользящей шкалы). В статье 741 указывается, что стоимость добычи должна оцениваться с использованием эталонного среднего значения Platts Crude Oil Marketwate для ежедневных котировок цен.

Министерство энергетики несет ответственность за нефтегазовую отрасль и связанные с ней государственные стратегии, а Министерство финансов определяет фискальную политику, в том числе в отношении Национального Фонда, который получает назначенные денежные средства от сектора. Бюджетный Кодекс гласит, что налоги в добывающей отрасли, включая корпоративный подоходный налог, премии, доли Республики Казахстан по разделу продукции и НДПИ, собираются Национальным фондом. Другие платежи добывающих компаний направляются различным государственным органам.

В статье 399 Налогового Кодекса подробно описываются причины освобождения компаний от налога на добавленную стоимость (НДС), но проекты в нефтегазовой сфере прямо не упоминаются. На доход правительства могут повлиять положения об удерживаемой ставке налога на дивиденды и выплату процентов в соглашениях об избежании двойного налогообложения, когда работающие в Казахстане компании зарегистрированы в другой стране

Казахстан начал раскрывать данные о бенефициарном праве для новых лицензий в добывающей отрасли. Но требуя прозрачности от сырьевых компаний, правительство Казахстана забывает о том, что оно должно начать с себя. А именно – прозрачности Национального (нефтяного) фонда Казахстана. Мы помним, что он был создан в 10 лет назад именно для «накоплений, социально-экономического развития и стабилизации, инвестирования финансовых ресурсов для будущих поколений и уменьшения зависимости страны от мировых сырьевых рынков».

В марте 2020 года в Национальном фонде было 27 трлн казахских тенге, или около 70 млрд долларов. Платежи компаний нефтегазового сектора составляют более 99% поступлений в Фонд, без учета доходов от инвестиций. В 2018 году платежи от KPO составляли около 21% всех поступлений в Фонд со стороны нефтегазового сектора, в то время как платежи от NCOC составляли 3%, согласно данным Министерства финансов. В предыдущие годы, согласно данным ИПДО Казахстана (на основе информации Министерства финансов), соответствующие проценты были:

2016 - KPO 10%, NCOC 11%

2017 - KPO 13%, NCOC 0.1%[1]

И вот теперь вопрос: решения по Национальному Фонду принимаются Президентом Республики. Не существует отдельного закона, регулирующего деятельность Фонда, кроме президентского указа («Концепция формирования и использования фондов»), который в настоящее время находится в четвертой редакции и легко может быть изменен Президентом. Деньги в Фонде снимаются для одной из двух целей:

  • Гарантированный ежегодный трансферт в национальный бюджет в размере 2,7 триллиона казахских тенге (примерно 7 миллиардов долларов США), или около 25% доходов национального бюджета.
  • Целевые трансферты, выделенные по решению Президента для финансирования (i) антикризисных программ в периоды экономического спада и (ii) инфраструктурных проектов национального масштаба, не имеющих альтернативного финансирования. Они варьировались от 0% до 16% доходов национального бюджета в последние годы.

Совет по Управлению Национальным Фондом является консультативным органом при Президенте, в функции которого входит разработка предложений по формированию и использованию Фонда. Президент определяет состав и функции Совета.

Национальный Банк управляет активами Фонда и отчитывается о нём в годовых отчётах, составляемых Министерством Финансов, утверждаемых указом президента и представляемых правительству и парламенту только для информации. Отчет в агрегированной форме доступен на веб-сайте Министерства финансов только за 2018 год. Отчёты за другие годы представлены в краткой форме. Есть также очень короткие ежемесячные отчеты. Ни один из этих отчётов не обеспечивает достаточной прозрачности и подотчётности перед обществом в отношении формирования или использования Фонда, которые полностью контролируются Президентом.

Правда, при этом до сих пор нет уточнений, какой именно президент имеется в виду: первый или действующий. Однако ясно одно, эффективность использования нефтедолларов – проблема исключительно казахстанского правительства. Но оно не станет ее решать без давления общества.

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33