понедельник, 15 апреля 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

Как Казахстан будет ограничивать права интернет-гигантов?  

В конце августа казахстанские пользователи соцсетей узнали, что министерство цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности (МЦРИАП) намерено добиваться от иностранных платформ переноса серверов на территорию республики — во имя защиты персональных данных казахстанцев и обеспечения кибербезопасности. Новость вызвала ожидаемую реакцию: «А что если интернет-гиганты не согласятся? Их нам отключат?». 

Пресс-секретарь МЦРИАП, а потом и сам глава ведомства Багдат Мусин, поспешно заверили, что закрывать и блокировать глобальные соцсети ведомство не собирается. То же подтвердил в официальном ответе на запрос вице-министр Асет Турысов, сообщив дополнительно, что в июле 2021 года «письма о сотрудничестве» через министерство иностранных дел были направлены в 20 зарубежных интернет-сервисов таких как Google, Telegram Messenger, Snap Inc (Snapchat, Zenly), Microsoft (Teams Outlook) и т.д «В настоящее время имеется обратная связь от представительств Aliexpress в России и Microsoft в Казахстане о готовности проведения переговоров», — добавили в министерстве.

Небольшое представление о том, как отечественные госорганы взаимодействуют с крупными интернет-компаниями казахстанцы получили после кейса с блокировкой LinkedIn минувшим летом. Ограничение доступа к ресурсу для деловых контактов, принадлежащему Microsoft, длилось ровно три дня. За это время министерство информации и общественного развития (МИОР) сначала заблокировало сайт, найдя на нем рекламу интернет-казино, а затем — после удаления противоправного контента — разграничило к нему доступ. 

«Я считаю, это довольно уникальный случай, ведь государство впервые повлияло на деятельность крупной иностранной компании и удовлетворилось её действиями. Конечно, МИОР направляет предписания об удалении противоправного контента и в такие крупные интернет-площадки как Google, но, сразу скажу, там не все решения исполняются», — говорит Елжан Кабышев, правовой консультант «Internet Freedom» и член независимой экспертной группы по цифровым правам и свободам. Объединение возникло после принятия летом 2020 года поправок в законодательство по защите персональных данных и теперь на постоянной основе занимается продвижением прав человека в информационно-коммуникационной среде.  

Цензура и страх в сети

В 2020 году Google получил от казахстанских госорганов 96 запросов на удаление более 8,5 тыс элементов контента. В 97% случаев компания отказала республике в её требованиях. Любопытно, что обоснованием для удаления контента в 44 запросах была «критика представителей власти». С владельцами более мелких компаний власти не церемонятся: только за семь месяцев 2021 года во внесудебном порядке в стране было заблокировано более 10 тыс интернет-ресурсов и ссылок. 

Казахстан с точки зрения свободы интернета «не свободен», считает Freedom House. Международная неправительственная организация описывает ситуацию безрадостно: «Интернет-контент по-прежнему цензурируется, а пользователи (в частности, журналисты онлайн-изданий) все так же подвергаются легальным и нелегальным атакам».

Юрист Internews Казахстан Ольга Диденко подтверждает: «Одно из последних обращений было связано c DDoS-атаками на информационный сайт в одном из областных центров. Редактор считает, что поводом послужила публикация расследований коррупционных схем в сфере благоустройства и озеленения». Ту же атаку пыталась выдержать редакция независимого интернет-журнала Vласть, освещавшая протестную активность в день выборов в мажилис и маслихаты в начале года. 

В другом случае журналистское расследование стало причиной внесудебной блокировки — уполномоченный орган обнаружил в материале трехлетней давности о схемах наркоторговли в городе запрещенный контент, рассказывает Диденко. «До этого никаких уведомлений или предписаний редакция не получала», — подчеркивает она.

Непрозрачные правила

В идеале процедура должна выглядеть так: проведя мониторинг, МИОР обнаружило на сайте запрещенный контент; ведомство направляет администратору или владельцу сайта уведомление о необходимости изъятия соответствующих материалов; в случае неисполнения просьбы МИОР выносит предписание об ограничении доступа к интернет-ресурсу. 

«В большинстве случаев этот порядок не соблюдается. В 2019 году я представлял интересы российской КиберЛенинки. Они не получили уведомление, их сразу же ограничили. Мы направили запрос в МИОР, там ответили, что уведомление отправляли. Но по сути все произошло постфактум», — рассказывает Кабышев.

«Всегда находится причина, что якобы редакции сами виноваты в том, что не получили уведомление своевременно», — соглашается Диденко, говоря о блокировках СМИ. Она настаивает на том, что в случае с сетевыми изданиями процедура ограничения доступа должна быть детально прописана в законе о СМИ и выполняться более тщательно «всеми сторонами, не только редакциями». Кабышев говорит, что детальные правила приостановления доступа к интернет-ресурсам есть, однако широкой публике они не доступны — имеют гриф «Для служебного пользования». 

Реестр как акт доброй воли

Реестр интернет-ресурсов, заблокированных на территории Казахстана из-за незаконного контента, напротив находится в открытом доступе. Сервис представляет собой поисковую строку, куда любой желающий может ввести адрес сайта для проверки. 

Недостатков у реестра достаточно: результаты поиска ограничены сотней ссылок; данные не обновляются не регулярно. Но главное, обязательность ведения этой базы данных со стороны МИОР не прописана ни в одном нормативно-правовом акте. «Могут вести, могут не вести. Никакие бюджетные деньги на него не тратятся. А если бюджетные деньги не выделяются, значит, никто и не обязан вести реестр как следует», — отмечает правовой консультант «Internet Freedom».

Кабышев вспоминает, что МИОР однажды уже отказалось предоставить ему полный перечень заблокированных в стране интернет-ресурсов — с 2014 года их уже более 90 тыс. Также ведомство не смогло сообщить активисту данные о количестве сайтов, ограниченных по заявлениям граждан: дескать, такой информацией не владеем.

Гражданский контроль: начало

Между тем, казахстанцев, желающих разблокировать те или иные интернет-ресурсы, становится все больше. На счету гражданского активиста Айдара Елькеева уже два успешных кейса: после его запросов МИОР перепроверило на предмет нарушения законодательства и разграничило доступ к русскоязычному ЛГБТ-СМИ xGay.ru и кыргызскому новостному порталу kaktus.media

В последнем случае парню пришлось писать запрос еще и в Государственную техническую службу при Комитете национальной безопасности, где по какой-то причине не спешили исполнять предписание МИОР о разблокировке интернет-ресурса. 

«Если раньше я мог просто возмущаться в соцсетях, то сейчас понимаю, что в силах сделать интернет в стране свободнее. Наша Конституция даёт право каждому и каждой свободно получать и распространять информацию любым не запрещенным законом способом», – резонно напоминает активист.

Надо признать, что подавляющая часть запретов обусловлена незаконной пропагандой культа жестокости, насилия, суицида и порнографии (всего порядка 40 тыс заблокированных интернет-ресурсов и ссылок с 2016 года), а также пропагандой идей терроризма и религиозного экстремизма (чуть больше 30 тыс интернет-ресурсов и ссылок). 

В каждом из этих случаев решение было принято кабинетно — то есть во внесудебном порядке. 

Когда суд против

Однако, эксперты единогласны в том, что процедура нуждается к доработке, особенно в отношении сайтов СМИ. Если же по такого рода делам будет судебная практика, это ускорит и улучшит законодательное регулирование», — считает юрист Internews Казахстан. 

Первый шаг в нужную сторону уже сделан. Елжан Кабышев в конце 2020 года подал апелляционную жалобу на решение суда, ограничившего казахстанцам доступ к Medium. «Я привел достаточно много оснований в части нарушения права на свободу выражения мнений, ограничение права на свободу слова, ограничения права как субъекта персональных данных. Однако в жалобе мне было отказано, ходатайство о признании меня третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования, не было принято. Судья решил, что в данном случае интересы обычного гражданина, который не имеет возможности свободно получать доступ, распространять и искать информацию в сети, не затрагиваются. Я считаю, что это нонсенс», — говорит Кабышев. После судебного рассмотрения доступ к Medium был восстановлен: с платформой связались специалисты ЦАРКА.

Пока сайт не открывался на территории Казахстана, у рядовых пользователей не было никакой возможности понять причину этого шага. Отечественные госорганы все еще редко практикуют размещение на заблокированных интернет-ресурсах каких-либо уведомлений или предупреждений. Да и сама практика ограничения доступа ко всему ресурсу из-за всего одной единицы контента выглядит несоразмерной. 

В качестве альтернативы казахстанцам в середине 2019 года предложили государственный сертификат безопасности Qaznet Trust Network, который вопреки своему названию совсем не вызывал доверия.. «Но готовы ли вы, чтобы все ваши переписки, текстовые, видео и фотоматериалы были проанализированы для того, чтобы только некоторые ссылки были для вас недоступны? Я лично не готов», — объясняет правовой консультант «Internet Freedom». 

Новые вызовы для свободы

Кабышев предполагает, что ситуация в Афганистане вполне может использоваться властями для оправдания очередной попытки внедрения сертификата безопасности. Во-вторых, грядущие поправки в законодательство по защите персональных данных, ужесточение процедур по работе с ними тоже грозят интернет-ресурсам новыми рисками. 

Судебная практика также не дает поводов для оптимизма: «Все чаще появляются требования в исках к редакциям СМИ о защите чести, достоинства и деловой репутации об удалении публикации из интернет-источников или блокировании доступа к сайтам, где опубликованы спорные материалы. Иногда суды удовлетворяют эти требования, даже несмотря на то, что действующим законодательством такая мера восстановления нарушенного личного неимущественного права не предусмотрена», — обращает внимание Ольга Диденко. 

«Гражданскому обществу нужно как-то больше вливаться в эти процессы. Отстаивать свои свободы. Потому что если не будет какого-то гражданского контроля в части мониторинга доступности интернет-ресурсов, МИОР подумает, что гражданам это не интересно, и в принципе можно ограничить любой ресурс», — заключает Кабышев.

Маргарита Бочарова

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33