среда, 19 июня 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

Становятся ли Россия и Китай партнерами в информационной сфере?

Александр Габуев, Леонид Ковачич, Московский центр Карнеги

Россия и Китай действуют параллельно — усиливают свое влияние и расширяют информационные операции против Запада, не создавая при этом единый фронт. В будущем нельзя исключать и более глубокого сотрудничества, но для него есть немало препятствий.

Китай все чаще прибегает к приемам, которые были впервые использованы именно Россией. Но это не означает, что Москва и Пекин напрямую сотрудничают в международном информационном пространстве. Скорее, китайская пропаганда освоила и творчески переработала российские инструменты. Сходство инструментов дополняется общностью взглядов, присущих двум авторитарным режимам, цель которых — критика западной демократии и концепции универсальных прав человека, а также укрепление собственной легитимности.

Пекин внимательно изучал недавний опыт России в области цифровой пропаганды, но опирается он в основном на приемы, которые использует внутри страны, а также на принципы западной цифровой дипломатии. То же можно сказать и о России — она сочетает внутреннюю практику подавления несогласия в Интернете с уроками американской «твиттерной дипломатии».

Как многие другие области китайско-российского сотрудничества, вопросы стратегической коммуникации и информационных операций отражают растущую асимметрию между двумя странами. Москва публично поддерживает Пекин намного чаще, чем Пекин Москву. Когда речь идет о России, Китай обычно высказывается осторожно и не спешит вставать на сторону Кремля.

Вряд ли можно говорить о том, что Пекин и Москва активно сотрудничают в информационных операциях, направленных против Запада, — таких свидетельств пока нет. Китайские и российские государственные средства пропаганды часто выступают в соцсетях на похожие темы, перепечатывают материалы друг друга и не слишком активно, но выражают друг другу поддержку. Официальных соглашений об информационном сотрудничестве между СМИ становится все больше, но соглашения эти в большой степени остаются чисто символическими и ориентированы главным образом на внутреннюю аудиторию. Недовольство России отсутствием взаимности со стороны Китая тем временем только растет.

КИТАЙСКАЯ ПРОПАГАНДА С РОССИЙСКИМ ЛИЦОМ?

По мере обострения конкуренции между великими державами роль информационной сферы в противостоянии Запада и его противников (прежде всего Китая и России) постоянно растет.

Во время пандемии COVID-19 тон китайских чиновников и журналистов на мировых социальных медиаплатформах стал заметно более агрессивным. Китайские публичные лица часто подвергали нападкам западных чиновников, ученых и журналистов, которые критиковали поведение Пекина в самом начале пандемии и ратовали за прозрачное международное расследование причин появления коронавируса. Их негативные выступления подхватывали и распространяли агрессивно настроенные китайские пользователи. Одновременно китайские медиа и официальные лица обвиняли США и их союзников в том, что они не могут справиться с пандемией, превозносили собственную эффективность в этом вопросе и готовность Пекина оказать помощь другим странам — в основном материалами медицинского назначения, но и другими способами тоже.

Все более самоуверенный тон китайского правительства, инструменты и тактика, которую оно использовало, напоминают российские информационные операции. Сообщения, которые распространяют российская и китайская пропаганда, часто сложно различить. СМИ, в особенности интернет-медиа, контролируемые Москвой и Пекином, откровенно повторяют друг за другом, обмениваются контентом и помогают продвигать его в мировых социальных сетях. Некоторые западные аналитики и представители правительств опасаются: не означает ли все это, что Китай и Россия укрепляют сотрудничество в цифровой сфере?

Число информационных операций, которые проводят Россия и Китай, растет. При этом у Москвы и Пекина много общих стратегических целей. Обе державы:

  • рассматривают политику США и их союзников в качестве вызова своей национальной безопасности и своим национальным интересам;
  • убеждены, что США ищут возможности продвинуть идею смены режима в России и Китае;
  • стремятся покончить с тем, что они считают гегемонией США в международных делах;
  • стремятся ослабить связи между США и их союзниками, в том числе с помощью операций информационного влияния;
  • нацелены на ослабление Запада изнутри за счет использования объективно существующих внутри западных стран социальных и политических разногласий, которые стараются усиливать при помощи современных средств коммуникации;
  • защищают политические режимы Москвы и Пекина от западной критики;
  • продвигают идеи и тезисы, выгодные России и Китаю.

НЕ ТОЛЬКО РОССИЯ: ИСТОЧНИКИ ВДОХНОВЕНИЯ КИТАЯ

Если изучить российские и китайские информационные операции, можно заметить, что Москва и Пекин черпают вдохновение из двух источников. Первый — это методы подавления проявлений несогласия внутри страны и активного распространения проправительственной повестки. В последние годы для решения этих задач Москва и Пекин независимо друг от друга организовали и запустили в работу «фабрики троллей». Недавно эти «фабрики» были более или менее успешно переориентированы на информационные операции и операции влияния уже на мировой сцене. Второй источник вдохновения — стратегия публичной дипломатии, которая появилась в США во время президентства Барака Обамы. Глубинные интервью, проведенные в рамках данного исследования, показывают, что и Россия, и Китай тщательно изучали инструментарий американской цифровой дипломатии и стали применять его одновременно и независимо друг от друга.

Изначально задачей «фабрик троллей» в России было запугивание оппонентов власти и нейтрализация критики в адрес Владимира Путина в онлайне, сегодня «фабрики троллей» — и это подтверждено документально — участвуют в информационных операциях против иностранных объектов. «Агентство интернет-исследований» и подобные ему «фабрики троллей» уже почти десять лет атакуют российскую оппозицию и активно продвигают прокремлевскую повестку на социальных медиаплатформах.

Второй источник вдохновения и для России, и для Китая — «цифровая дипломатия» времен Обамы, в особенности поведение американских дипломатов в Твиттере и других соцсетях. Российские чиновники внимательно изучали методы, с помощью которых американские интересы и взгляды продвигались за пределами США через Твиттер, YouTube, Фейсбук и другие платформы, а также как американские посольства через социальные медиа взаимодействуют с обществом и массовой аудиторией за рубежом. В июле 2012 года на встрече с российскими старшими дипломатами Владимир Путин, только вернувшийся в Кремль после четырехлетнего премьерства, поручил Министерству иностранных дел разъяснять позицию России на различных платформах с помощью современных технологий. Присутствие в соцсетях МИДа, посольств и старших дипломатических сотрудников было после этого сильно увеличено. Группа чиновников высшего звена под руководством заместителя главы Администрации Президента РФ Дмитрия Пескова разработала ряд рекомендаций по усилению российского влияния за рубежом, в том числе и через активное использование социальных платформ дипломатическим корпусом и российскими государственными медиакомпаниями, ориентированными на международную аудиторию — такими, как RT и Sputnik.

В Китае использовать Твиттер и Фейсбук в публичной дипломатии начали несколько лет спустя, в 2019 году. По данным BBC, отдельные китайские дипломаты и посольства заводили аккаунты в Твиттере с 2010 года, но до 2019-го их можно было перечислить по пальцам. В 2019 году Министерство иностранных дел Китая создало 32 аккаунта, в том числе и аккаунт своего пресс-секретаря @MFA_China (с прямыми ссылками на страницы министерства в YouTube, Фейсбуке и Инстаграме). Решение столь существенно увеличить официальное представительство Китая в онлайне было принято на фоне растущей обеспокоенности Пекина — начиналась эра всесторонней конкуренции Китая и США.

Китайская координированная контратака против Вашингтона и его союзников на социальных медиаплатформах стала реакцией на «твиттерную дипломатию» тогдашнего американского президента Дональда Трампа и ведущих политиков его команды во время

Остается главный вопрос. Если анализ китайского подхода к стратегической коммуникации за последние два года не дает сделать вывод об активном сотрудничестве с Россией, существует ли вероятность, что Пекин и Москва будут когда-нибудь работать вместе в глобальном цифровом пространстве?

ПАРТНЕРСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ

Диалог между российскими и китайскими официальными лицами о сотрудничестве в информационной сфере продолжается уже несколько лет. И хотя подробности этих переговоров редко становятся достоянием общественности, российские чиновники периодически сообщают о них.

С 2014 года российские и китайские государственные СМИ подписали несколько соглашений. Самые заметные и значительные игроки на этом поле — российское информационное агентство «Россия сегодня» и китайская медиакорпорация China Media Group (CMG). В 2018 году «Россия сегодня» и CMG заключили договор о сотрудничестве, цель которого — совместные информационные проекты и обмен контентом. Что еще важнее — эти соглашения затрагивают в основном внутреннее информационное поле России и Китая и не предполагают совместных проектов, ориентированных на международную аудиторию.

Наконец, начиная с 2015 года Россия и Китай проводили ежегодные медиафорумы, которые организовывали Отдел пропаганды ЦК КПК и Администрация Президента РФ.

Если официальные платформы китайско-российского медиапартнерства концентрируются скорее на форме, чем на содержании, а соглашения между государственными СМИ затрагивают только аудитории России и Китая, почему же тогда новости, которые подаются наружу компаниями, вроде RT и CGTN, так похожи между собой? Это обусловлено несколькими факторами. Первый — большая часть материалов, рассказывающих о Западе в негативном ключе, производятся российскими и китайскими государственными СМИ для аудитории своих стран. Это часть традиционной стратегии, цель которой — показать, что главные противники Москвы и Пекина погрязли в собственных проблемах, в то время как авторитарные режимы Путина и Си Цзиньпина обеспечивают своим странам стабильность. Кроме того, в двух главных государственных медиакорпорациях России и Китая («Россия сегодня» и CMG) контент для домашней аудитории и зарубежных рынков производят объединенные команды. Одни и те же руководители определяют редакционную политику и на внутреннем, и на международном направлении. Статьи, акцентирующие внимание на проблемах и противоречиях Запада, а также на успехах России и Китая, просто по-разному оформляются для внутренней и зарубежной аудитории, но отбираются они одними и теми же людьми по одним и тем же критериям.

ПРЕПЯТСТВИЯ ДЛЯ БОЛЕЕ ТЕСНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА

Есть и другие примеры сходства и пересечения рассчитанных на зарубежную аудиторию российской и китайской повесток, которые продвигаются чиновниками, государственными СМИ и пользователями сети (как часто выясняется, работниками «фабрики троллей», управляемой из правительства напрямую или через посредников). Но будет ошибкой слишком упрощать ситуацию и представлять ее как результат скоординированных действий пропагандистских машин Москвы и Пекина.

Первый сдерживающий фактор — это уровень доверия между службами безопасности и разведки обеих сторон. С 2020 года в службах безопасности начало расти беспокойство из-за активной деятельности китайской разведки по сбору информации на территории России, и пекинские коллеги получают сигналы недовольства из Москвы.

У России и Китая практически нет удачного опыта совместной работы в области государственной пропаганды. Пока что государственные СМИ не разработали механизмов, которые позволят согласовано выпускать материалы достойного качества для дистрибуции в России или Китае. В интервью, проведенных для данного исследования, российские журналисты, работающие в таких китайских компаниях, как Синьхуа и CGTN, рассказывали, что одна из главных проблем — принципиально разная внутренняя культура. Китайские руководители не обращаются к их опыту, даже когда речь идет о подготовке китайских материалов для российской аудитории. Отсутствие единства взглядов в вопросах контроля и старшинства, вероятнее всего, окажется серьезной проблемой в китайско-российской команде по проведению информационных операций, если такая будет когда-нибудь собрана.

Как и во многих других аспектах китайско-российских отношений, все заметнее становится, что страны поддерживают друг друга в мировой информационной сфере несимметрично. С 2019 года российские официальные лица регулярно высказывались в поддержку Китая во время его конфронтации с Соединенными Штатами. Так, российский президент Владимир Путин в 2019 году заявил, что санкции США против Huawei вызваны желанием убрать сильного конкурента, это экономическая война. Министр иностранных дел Сергей Лавров на Конференции по безопасности в Мюнхене в 2020 году публично поддержал план Китая по борьбе с пандемией, а МИД России больше 50 раз критиковал призывы Запада провести независимое расследование начала эпидемиологического кризиса в Ухани.

Официальные представители Китая, однако, не спешат демонстрировать взаимность. Очень редко Пекин открыто и уверено поддерживает Кремль, если у него нет прямого интереса. Чаще всего Китай занимает нейтральную позицию.

По сути, решения, которые принимают лидеры России и Китая, определяются самосознанием великих держав. Поэтому они, прежде всего, заинтересованы в сохранении стратегической самостоятельности, даже когда дело касается противостояния США и их союзникам.

Полная версия.

Оставить комментарий

Политика

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33