среда, 29 мая 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

Почему все хотят быть гражданами США, но ненавидят их внешнюю политику?

Мохаммед эль-Барадеи

Для многих поколений арабской молодёжи, включая моё собственное, обучение и работа в США были крайне желанным шансом ощутить свободу, перспективы и чувство равенства, которое воплощал американский образ жизни. Этот опыт был вдвойне обогащающим для тех из нас, кто вырос в авторитарных или консервативных обществах. Это было потрясающеиметь возможность думать и действовать независимо, без общественного давления. Меня радовала перспектива вернуться домой с теми уроками, которые я выучил у функционирующей демократии, в том числе о ключевой роли свободы слова, о важности гражданского общества и о невероятных выгодах расширения прав и возможностей людей.

Конечно, я знал и о провалах американской системы, в особенности укоренившегося расизма и неравенства. Я помню законы Джима Кроу, которые закрепляли расовую сегрегацию в штатах бывшей Конфедерации, а также убийство Мартина Лютера Кинга, который сформулировал афроамериканские мечты о равенстве и человеческом достоинстве. Но я надеялся, что у демократической системы Америки есть необходимые инструменты для самоисправления. И я сохраняю эти надежды, потому что лично видел глубокие изменения в ценностях, законах и менталитете.

Но что меня шокировало больше всего, так это то, что Америка, которая так гордится своей любовью к свободе и справедливости, слишком часто проводила гегемонистскую и репрессивную внешнюю политику, начиная с жутких войн во Вьетнаме и Ираке и заканчивая поддержкой безжалостных диктаторов. Какими бы ни были его причины, этот разрыв между тем, как Америка себя представляет, и тем, какую внешнюю политику она проводит, усиливал неоднозначное восприятие США в арабских и остальных странах мира. Хотя многие юные арабы хотели стать американскими гражданами, почти все они ненавидели американскую внешнюю политику.

Арабы и мусульмане считали израильско-палестинский конфликт аргументом номер один против Америки. Они с трудом могли понять, почему чувство эмпатии к еврейскому народу (полностью оправданное, учитывая те ужасные зверства, которые были совершены против него) должно приводить к несправедливости в отношении палестинцев. Со временем эта тенденциозность США в пользу Израиля стала консенсусом в американской политике; для многих законодателей поддержка Израиля является синонимом борьбы с антисемитизмом.

Ещё более опасным был религиозный аспект этого конфликта, который усиливал медленный раскол между мусульманским и западным мирами. Отношения ещё больше ухудшились из-за организованных США войн на Ближнем Востоке и достигли дна после введения президентом Дональдом Трампом запрета на въезд мусульман и после его «Сделки века», призванной обеспечить мир в регионе. В реальности это предложение палестинцами лишь углубило недоверие, поскольку оказалось намного хуже, чем любые предложения, делавшиеся ранее.

Новейшая вспышка израильско-палестинского насилия вновь обострила глубоко укоренившиеся чувства унижения и гнева, которые испытывают не только палестинцы на оккупированных территориях, но и израильские арабы, а также жители арабского и мусульманского мира. Впервые за долгое время по всему миру, особенно среди молодёжи, демонстрировалась подавляющая народная поддержка прав палестинцев.

У многих были надежды, что администрация президента США Джо Байдена сделает продвижение демократии и прав человека центральным элементом своей внешней политики. Но эти надежды быстро рассеялись, когда правительство США просто повторило уже знакомую мантру о том, что «Израиль имеет право на самозащиту», никак не упомянув при этом слона в комнате: ползучую экспансию израильских поселений на оккупированной палестинской территории, а также израильскую политику дискриминации и отрицание права палестинцев на независимое государство.

Для меня лично всё это было глубоко удручающим. На протяжении пяти десятилетий я видел, как подходы США к защите прав палестинцев становились почти извиняющимися. И сегодня я в недоумении наблюдаю, как еврейский народ, который так сильно и так долго страдал, оказался способен причинять другому народу такие же жуткие страдания, которые ранее причинялись ему самому.

США разбрасываются деньгами, пытаюсь предотвратить дальнейшее насилие в секторе Газа, но они не предпринимают никаких усилий для устранения его базовых причин. В арабском и мусульманском мире нарастает желание активной борьбы против израильской оккупации, усиливается экстремизм. Когда я думаю обо всём этом и о 67 детях, потерявших жизнь во время недавней вспышки насилия, я никак не могу избавиться от почти подавляющего чувства отчаяния.

Тем не менее я вижу луч надежды и растущее понимание, что возврат к прежнему статус-кво и к порочному кругу насилия невозможен. Я вижу начало попыток переоценки ценностей внутри Израиля, среди палестинцев и в арабском мире с целью найти новые пути вперёд, опираясь на принципы сосуществования и взаимного признания.

Я тесно работал с израильтянами и палестинцами, и я видел, как все стороны на протяжении десятилетий совершали серьёзные ошибки в управлении ближневосточным конфликтом. Тем не менее я всё ещё надеюсь, что США воспользуются открывшейся возможность и всем своим весом начнут в равной степени применять к палестинцам и израильтянам принцип верховенства закона, который Америка считает священным (и важность которого я выучил, будучи студентом Школы права Нью-Йоркского университета).

Более беспристрастный подход США помог бы палестинцам, Израилю, региону и миру. Если Байден сумеет совершить необходимый сдвиг в американской внешней политике, тогда Америка действительно вернётся.

Мохаммед эль-Барадеи почётный генеральный директор Международного агентства по атомной энергии, лауреат Нобелевской премии мира.

Copyright: Project Syndicate, 2021. www.project-syndicate.org

Оставить комментарий

Политика

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33