среда, 12 июня 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

Жены и любимые женщины Асанали Ашимова

Асанали Ашимову исполнилось 85 лет, но это еще и двадцатилетний юбилей его счастливой семейной жизни с супругой Багдад, хотя в этот союз никто не верил, ведь их разделяет более 30 лет. Она рассказала еxclusive.kz о том, что годы – это не пропасть, а мост.

Режиссер его дома

Напомним фильмы, где Асанали Ашимов снялся в главных ролях: «Кыз Жибек» Султана Ходжикова, «Конец атамана» Шакена Айманова, «Транссибирский экспресс» Эльдора Уразбаева, «Следы уходят за горизонт» Мажита Бегалина, «Кто вы господин, Ка?» Хуата Ахметова и ряд других картин, вошедших в золотой фонд кинематографа Казахстана.

Интервью Ашимов дал в своей жизни так много, что зритель, внимательно отслеживающий каждый его шаг, знает, кажется, о нем даже больше, чем он сам. Но для многих он стал еще образцом человека, который, потеряв любимую жену и обоих сыновей, смог подняться на ноги и начал жизнь с нуля тогда, когда, как он признавался, земля уходила из-под ног.

Официально он четырежды женат. Про Майру Айманову, свою первую жену, мать старших сыновей, он говорил: «женщин много, Она – одна». Второй раз он женился «назло» женщине, с которой его связывала «погибельная страсть». На третьей, матери дочери Сагины, женился по необходимости – дому нужна была хозяйка, но не совпали взгляды на жизненные ценности.

Сегодня он бесконечно счастлив с матерью своего самого младшего сына, 14-летнего Асанали-младшего, Багдат Ашимовой. Но вместе они смогли быть не сразу – ее родители были против. По версии Асанали-ага, причина тому разница возрасте – 34 года. А вот его супруга утверждает обратное.

– В этом году будет 20 лет, как мы вместе, – рассказывает верная подруга мэтра. – Наша первая встреча состоялась в октябре 2002 года, а в феврале 2003 мы были уже вместе. Когда я выходила замуж за Асекена, мама боялась, что не справлюсь с ролью его жены. «Он – народный артист, любимец народа, а ты кто? А вдруг ненароком уронишь его авторитет в глазах окружающих? Нет, эта жизнь не для тебя, ты у меня девочка простая». Мне и самой было страшно. Это сейчас я образцовая хозяйка большого дома, а тогда, признаться, и готовить-то не умела. У меня четыре женатых брата, их жены и обустраивали родительский дом, а у меня характер прямой и даже мужской. Возможно, это мне и помогло не испугаться и пойти за ним.

В 90-е я занималась бизнесом, возила КАМазами из Китая товар, но однажды я, неожиданно для самой себя, все бросила и пошла работать по специальности, медсестрой.
До мелочей запомнился день, когда впервые увидела Асекена живьем, а не на экране. Я работала во втором терапевтическом отделении больницы управделами Президента Казахстана, где народный артист поправлял здоровье. Когда мы столкнулись в палате, я, конечно же, сразу его узнала, робко поздоровалась. Он посмотрел, но не ответил. «Какой высокомерный», – мелькнуло в голове, а вслух стала извиняться. За что – и сама не могла понять.

Иду обратно, а навстречу опять он! Меня словно облили вначале холодной, а затем горячей водой. Опустив голову, молча прошла мимо. Позже зашла в его палату с лекарствами. Он спросил: «Ты откуда будешь? Раньше что-то не замечал». Ответила, что устроилась сюда всего полтора месяца назад.

В следующую смену, встретив меня в коридоре, поздоровался первым и попросил чаю. Я хотела поручить девочкам-санитаркам, но он настоял: «Нет, занеси лучше сама». Не прошло и двух минут, как он уже звонит на пост: «Чай готов?». Я засуетилась: «Сейчас-сейчас!», и, схватив чайник, помчалась в его палату. «Я пью зеленый. Заваривай», – распорядился Асекен. Положив пакетик, налила в чашку воду, а пар… не идет! Оказывается, чайник от волнения так и не включала. Побежала обратно на пост. Стыдно было до слез: такой человек попросил о такой мелочи, а я и этого не могу сделать!

Наконец, чай был готов. Он пригласил меня за стол. Поговорили о его здоровье. Он спросил: «А ты меня знаешь?» «Конечно, я же выросла на ваших фильмах». На все его вопросы отвечала так, как это принято на работе – соблюдая субординацию. В таком-то году закончила школу, потом медучилище, стаж у меня такой-то, родом оттуда-то, родители занимаются тем-то.

Когда уходила, дал книгу, которую написал после смерти сыновей. Когда читала об одиночестве человека, у которого есть все и… ничего, не могла сдержать слез: «За что ему такие страдания? Почему Бог так несправедлив?». Закрыв под утро последнюю страницу, подумала, что, если бы рядом с ним был хотя бы один наследник, ему бы легче было идти по жизни. Наш именитый пациент ещё никаких намёков мне не давал, а я уже готова была посвятить ему свою жизнь.

Во время нашей третьей встречи я попросила его подписать подаренную книгу. Пока он ставил свой автограф, попыталась его ободрить: «Вы не один. Народ вас любит, все казахстанские парни – ваши дети».

А вечером он попросил меня зайти в его палату. Мне стало неловко – в вечернее время в палаты персонал без надобности не заходил. Санитарка, женщина старше меня, вызвавшись посидеть за меня на посту, сказала, что Асекен не каждого удостоит разговором. Оказалось, меня ждал четырехчасовой рассказ о его жизни. Когда собралась уходить, он задумчиво спросил меня: «Давно меня женщины не слушали, затаив дыхание. Почему ты не замужем?»

За эти 10 дней, пока он лечился, у нас всё и решилось вопреки недоумению огружающих, которые были шокированы разницей в возрасте. Но я, закрыв глаза, пошла за ним. Его книга за одну ночь перевернула мое сознание – он мне стал близким и родным.
Теперь, когда родственники приходят к нам, он говорит им, что я «режиссер» его дома.
Ему нравится, как я за ним ухаживаю, как организовываю его быт. Как-то хотела съездить к себе на родину, все приготовила-наготовила, рассказала ему, где что лежит, какую таблетку нужно выпить утром, а какую – вечером, и что нужно надеть на работу. А он задумчиво сказал, что раньше был такой самостоятельный, все для себя делал сам, а вот я его, оказывается, разбаловала за эти 20 лет. И правда, если он в другом городе, то звонит, чтобы спросить, где лежат носки в его собственном чемодане, через 5 минут снова звонок – какое нужно выпить лекарство?

Экзамен на звание жены

– А в чем-то все-таки секрет успешной семейной жизни? Ведь отличных хозяек много, а счастливых семей так мало?

– Казахи дочь называют гостьей, которая родилась для того, чтобы продолжать род другой семьи. И когда приходишь в другой дом как жена и невестка, надо все свои капризы оставить на пороге родного дома. Признаюсь, быть хозяйкой дома Асекена – нелегко, это тяжёлый труд. Он знал об этом и поэтому не торопил меня, в свой круг вводил постепенно. Вначале я прошла смотрины у его друзей. Месяца через два после того, как стали встречаться, он привел меня в дом к литературоведу Серику Кирабаеву. Мне было страшно, я и перед самим-то Асекеном робела, а тут собрался весь свет казахстанской науки – за столом сидели одним академики. Не знала, как себя вести, что говорить, на все вопросы я отвечала вымученной улыбкой. А когда дали слово, краснея и бледнея, выдавила из себя, что люблю всех, кто любит Асекена.

До этого мы ездили в его родной Тараз, где он стал почётным гражданином области, потом в Шымкент, а в феврале 2003 года был ас по его матери. Зная, что я боюсь встречаться с его родственниками, схитрил – сказал, что заболел. Я пришла, чтобы полечить его, а там … все его родственники во главе с двоюродной сестрой, старшей в роду. Она попросила меня замесить тесто к мясу. Видимо, экзамен я прошла успешно: когда гости расселись за столом, приобняв меня за плечи, обратилась ко всем: это выбор брата, поэтому «прошу любить и жаловать». Это было 11 февраля 2003 года.

Когда я вошла хозяйкой в дом Асанали, пришлось вспомнить все старые навыки. Бывая с ним на разных приёмах, училась всему лучшему, что видела там. Научилась любить то, что любит Асекен. Например, хлеб тапа-нан. Когда пекла такой хлеб впервые, советовалась с мамой, ездила в деревню за кизяком, прямо на улице разводила огонь, запекала на углях в чугунной сковороде и горячим, с пылу-жару, подавала ему хлеб со сливочным маслом. «Запах аула», – говорит он, смакуя каждый кусочек.

Вдвоем первые годы мы оставались редко. С нами жили дети его двоюродного брата, часто гостили другие родственники. Я потихоньку подстраивалась под новую для меня жизнь. Изучала его привычки, круг общения, то, о чём он любит говорить. Он стал для меня живой энциклопедией. Я и сейчас с удовольствием слушаю рассказы Асекена про его молодость – учителей, которые помогали оттачивать ему мастерство, про Шакена Айманова, и мне иногда кажется, будто всегда была с ним рядом, и мы вместе все это переживали.

Когда мы начали встречаться, он пропадал у друзей, стараясь убить время на работе, а теперь не хочет из дому выходить. А я до него не жила, а существовала. У таусылмайтын махаббат, мы все ещё не наговорились друг с другом. Проводив его на работу, я становлюсь и сантехником, и электриком, и кухаркой, и дизайнером. А вечером требую: «Ну а теперь рассказывайте, чем занимались без меня. Так у меня возникает чувство, что мы провели вместе целый день. Правда, есть и разногласия: он любит демократичную одежду, а я строгие костюмы. Приходится искать компромисс.

Его большая семья

– Вашему сыну – Асанали-младшему, идет 15 год. Как Асекен отнесся к своему позднему отцовству?

– Когда мы поженились, я и не мечтала о ребёнке. Мне хватало того, что дышала с ним одним воздухом и служила ему. Но однажды, когда его спросили, о чём он мечтает, он ответил, что хотел бы подарить женщине, с которой он сейчас счастлив, ребёнка.
Мы долго шли к этому, серьёзно готовились, но стать родителями долго не получалось. Однажды, заметив, что я украдкой плачу, он с сожалением сказал “сенин обалына калдымау». Увидев, что и он тоже старается скрыть слезы, взяла ситуацию в свои руки и твердо заявила, что больше никаких слез не будет, я пришла в этот дом с огромной радостью и по своей воле. «Даже если у нас никогда не будет ребёнка, я счастлива уже от того, что вы рядом со мной».

Когда у нас наконец появился малыш, он помолодел и посвежел, стараясь проводить с сыном каждую свободную минутку, воспринимая как чудо его каждый жест и улыбку. Как-то признался, что никогда не ходил со старшими сыновьями в парк или на футбол, отдаваясь работе.

Асанали-младшему нравилось всеобщее обожание, но теперь он стал подростком. Все чаще мы чувствуем разницу в восприятии мира. Сынок относится к нам слегка снисходительно, считая нас безнадежно устаревшими людьми. Но он унаследовал любое к творчеству, увлекался музыкой, пением, а теперь – блогерством. Нам удалось его не избаловать. Сейчас Асанали-младший в США – подтягивает английский язык.

– Как у вас сложились отношения с дочерью Асанали-агай от третьего брака?

– Сейчас Сагине 21, она у нас красавица и умница. Родители развелись, когда ей было всего полтора годика. Лет с 3-4 забирали ее к себе на выходные, а потом – на летние каникулы. Правда, в подростковом возрасте мне с ней стало тяжеловато находить общий язык, мы не понимали друг друга, она ревновала меня к отцу.

Вообще, у меня со всеми родственниками и друзьями мужа отношения хорошие, они любят бывать у нас. И вот однажды Асекен сказал мне: «У тебя сердца на всех хватает. Может, и моей дочке тоже достанется кусочек твоей любви?» Этого было достаточно. Мы на Новый год специально поехали в Астану, чтобы забрать Сагину насовсем. Отца она очень любит, поэтому согласилась сразу, мать тоже была не против. Сейчас Сагина студентка, она будущий маркетолог ресторанного и гостиничного бизнеса, проходит стажировку в Чехии. С братом они очень дружны. Асанали-младший все свои секреты доверяет только ей. Нам интересно бывать вместе. Играем, дурачимся, слушаем концерты, смотрим фильмы. Во время пандемии у нас появилась привычка – каждый вечер читать вслух «Слова-назидания» Абая и анализировать их.

– Майру, мать двоих сыновей, он называл единственной своей женщиной, хотя его всегда окружали поклонницы. Хранится ли в доме память о ней?

– Недавно в его архивах я нашла письма, которые она писала ему в 1957-58 годах, когда они были еще студентами Алматинской консерватории, она – вокального отделения, он – театрального. Эти письма полны нежности и не совсем разделенной любви. Читая их, я невольно прониклась чувством женской солидарности. Майра писала ему, что ей уже неудобно перед девочками, которые работают на Главпочтамте, – она уже все глаза им намозолила. Я упрекнула Асекена: «Она так страдала из-за вас! Почему вы так редко отвечали на ее почти ежедневные письма?» Шамши Калдаяков, тоже в ту пору студент Алматинской консерватории, видел, как она страдала. И они с Туманбаем Молдагалиевым написали одну из своих первых совместных песен – «Кыз сыры», посвященную Майре и Асанали. Мне кажется, во мне он увидел черты Майры – она готова была за ним в огонь и в воду. И я тоже… Завет мамы, когда она провожала меня из родного дома, – достойно нести погоны супруги жены Асанали Ашимова – мне кажется, я выполнила.

… Мне уже 51. Он хотел устроит большой юбилей, но я отказалась. Пусть яркие дни рождения будут пока только у него и у сына. Но я попросила его справить пышный юбилей в честь моего 60-летия. Тогда я уже, наверное, буду не просто счастливой женой и матерью, а еще и бабушкой. Рядом со мной будут моя большая семья – муж, сын, дочь, внуки...

Оставить комментарий

Культурная среда

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33