воскресенье, 21 апреля 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

Как уменьшить влияние Путина на Европу

Поскольку усилия по предотвращению российского вторжения в Украину возглавили США, официальные лица Евросоюза в отчаянии заламывают руки. Они жалуются, что Европы не просто нет за столом: её безопасность оказалась одним из пунктов в меню.

Однако Евросоюз плохо подготовлен к ведению дел с президентом России Владимиром Путиным. ЕС стремится быть постмодернистской «мягкой» силой, а Путин понимает только жёсткую силу. И даже те инструменты мягкой силы, которые у Евросоюза имеются, он не может использовать из-за сохраняющейся зависимости от поставок российского газа, необходимого для того, чтобы у европейцев был свет (и тепло).

Недавно завершённое строительство трубопровода «Северный поток-2», по которому российский газ поставляется напрямую в Германию через Балтийское море, привлёк значительное внимание в качестве дипломатической разменной монеты. Одни утверждают, что этот проект даёт России слишком большой рычаг влияния на Европу, а другие надеются, что угроза лишиться этого газопровода (он пока ещё не введён в строй) может сдержать Россию, предотвратив вторжение в Украину.

В подобных дискуссиях внимание часто сосредотачивается на ответственности, которая якобы лежит на Германии, главного европейского защитника этого проекта. Но на фоне неуклонной интеграции рынков природного газа в Европе это звучит достаточно бессмысленно. На интегрированном рынке любые действия должны предприниматься на уровне ЕС.

Кроме того, при определении, какие именно действия следует предпринять, важно понимать, что «Северный поток-2» далеко не так значителен, как его часто представляют. В долгосрочной перспективе этот газопровод будет оказывать мало влияния на энергетическую безопасность Европы.

Начать с того, что введение в строй газопровода «Северный поток-2» вряд ли приведёт к значительному увеличению общих объёмов экспорта российского природного газа в Европу. Он просто даст России возможность сократить использование газопроводов, проходящих через Украину, тем самым сократив платежи за транзит, которые составляют важную часть украинского бюджета.

Если говорить шире, то важность стратегических газопроводов снижается из-за перехода к поставкам углеводородов в виде сжиженного природного газа (сокращённо СПГ). Много внимания уделяется экспорту СПГ из США в Европу, однако это всего лишь часть более широкой тенденции. На глобальном уровне сегодня больше газа поставляется по морю между различными регионами мира, чем прокачивается через газопроводы.

Морские поставки СПГ завоевали популярность, потому что после закачки сжиженного газа в специальный танкер та дистанция, которую ему предстоит преодолеть, становится сравнительно безразличной. В результате – в нормальные времена – цены в Европе и Азии обычно тесно коррелируют. Да, стоимость транспортировки СПГ остаётся выше, чем стоимость морской транспортировки нефти, а ликвидность рынка СПГ (а значит, и его возможности быстро реагировать на краткосрочные изменения спроса) по-прежнему ограничена. Однако на лицо тенденция к появлению интегрированного глобального рынка.

Сегодня для большей части европейских стран российский газ по-прежнему немного дешевле. Но политическая цены такой зависимости – Россия до сих пор является крупнейшим поставщиком природного газа в ЕС – стала неприемлемой. Есть хорошая новость: у Европы имеется достаточно мощностей для импорта такого количества СПГ, которое компенсирует потерю поставок российского газа. Но есть и плохая новость: потребуется некоторое время, чтобы мобилизовать этот потенциал.

Как же тогда ЕС может защититься от краткосрочного риска приостановки Россией поставок газа по политическим причинам, или даже позиционировать себя таким образом, чтобы иметь возможность вводить санкции против российского газового сектора?

Первым простым шагом стало бы предъявление требования к поставщикам газа заполнять свои хранилища в конце лета. Это не будет соответствовать их коммерческим интересам, однако укрепит энергетическую безопасность Европы. Особое внимание следует уделить хранилищам, которые контролируются российским «Газпромом». В прошлом году они заполнялись меньше, чем другие коммерческие хранилища газа, что сделало ЕС уязвимым перед острым дефицитом газа нынешней зимой.

Однако нужно сделать больше. Европа должна создать «Европейский стратегический газовый резерв» (сокращённо ESGR), чьи объёмы будут достаточны для обеспечения потребления в течение примерно трёх месяцев. Стратегический резерв станет для ЕС буфером, позволяющим закупать дополнительный газ у других производителей, поэтому он сократит уязвимость Европы перед краткосрочными сбоями в поставках (включая потенциальную потерю поставок из России), а также укрепит её геополитические позиции.

ESGR невозможно создать в одночасье, и потребуются некоторые изначальные инвестиции. Тем не менее, в течение нескольких лет можно накопить значительные запасы, а необходимые затраты не должны быть излишне высоки, особенно сейчас, в период сверхнизких процентных ставок (ЕС по-прежнему может выпускать десятилетние облигации со ставкой в несколько базисных пунктов). Согласно оценкам, опирающимся на уже существующие запасы газа, создание ESGR обойдётся примерно в 10 млрд евро. С учётом амортизации в течение десятилетия речь идёт о сумме, которая вполне по карману: 1 млрд евро в год, то есть всего лишь 0,5% бюджета ЕС.

ESGR был бы выгоден и Украине. Эта страна уже сейчас может получать газ из Европы через трубопровод «Братство», по которому газ обычно поставляется из России в Европу, но который может работать и в обратном направлении. Однако без собственных резервов ЕС мало что сможет сделать для Украины, если Россия возобновит свои угрозы перекрыть поставки газа в эту страну.

В дальнейшем стратегический газовый резерв помог бы создать более благоприятную одностороннюю зависимость: Россия будет сильно зависеть от европейского рынка. Доходы от экспорта газа в Европу составляют значительную долю в общей экспортной выручке России, а также в её государственных доходах, однако в европейской экономике доля этих операций крайне мала.

Если трубопровод «Северный поток» получит разрешение на эксплуатацию (этот вариант следует рассматривать лишь в том случае, если атаки на Украину не будет), тогда зависимость России от Европы как от надёжного клиента только увеличится. Россия могла бы снизить свою зависимость от Европы, но для этого ей нужно строить дорогостоящие мощности по экспорту СПГ с месторождений, расположенных у Северного полярного круга, или же инвестировать в ещё более дорогой газопровод в Китай.

Украинский кризис ясно показал, что, несмотря на все разговоры о «стратегической автономности», Евросоюз остаётся крайне зависим от американских гарантий безопасности. И в ближайшее время эта ситуация никак не изменится. Однако, укрепляя свою энергетическую безопасность, Европа может как минимум расширить свои возможности по применению тех немногих инструментов мягкой силы, которые у неё имеются.

Даниэль Грос – член совета директоров и почётный сотрудник Центра европейских политических исследований (CEPS).

Copyright: Project Syndicate, 2022. www.project-syndicate.org

Оставить комментарий

Политика

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33