среда, 24 апреля 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

Конец нефтяной экономике Казахстана

В глубине души мы давно это понимали, но как-то не хотели признавать – эра нефтяной экономики Казахстана подходит к концу. По аналогии с известной поговоркой про Каменный век и камни - не потому, что в Казахстане закончится нефть, а потому, что ее станет экономически невыгодно добывать.

Первый звонок прозвенел еще в 2014 г., со второго полугодия которого цены на нефть начали длительный, на полтора года, спуск. В 2016 г. цена стабилизировалась, а с начала 2017 г. потихонечку пошла вверх. И показалось: ну все, беды, связанные с низкой ценой нефти, остались позади, теперь заживем как прежде. Правда цены не вернулись к уровню 100 и выше долларов за баррель, но и коридор 60 – 70 долларов должен был вполне устраивать. На самом деле, нет, потому что текущий счет оставался отрицательным, что давило на курс тенге вниз.

Но вот случилась пандемия коронавируса и ссора России с Саудовской Аравией, цены на нефть обвалились мгновенно и очень даже драматично. Но мы надеемся, что после того, как с пандемией будет покончено, мировая экономика возобновит свой рост, а вместе с ней станут расти и нефтяные цены. Так, конечно, когда-нибудь и случится, только цены не вернутся даже к коридору 60 - 70 долларов, а установятся где-то на уровне 40 – 50 долларов, с устойчивой тенденцией движения вниз. Тенге будет хронически слабеть, бюджет хиреть, Национальный фонд скудеть, а добыча потихоньку стагнировать. И ни о каком росте ВВП в 3 – 4% речи идти не будет – что-нибудь в районе 0 будет считаться нормальным.

Такой прогноз кажется слишком пессимистичным, но он базируется на данных по добыче сланцевой нефти в США, которые недвусмысленно говорят о том, что эпоха, когда потенциальное предложение превышает потенциальный спрос, уже наступила.

Нет смысла пересказывать всю историю добычи сланцевой нефти и того, как она уронила цены на нефть в 2014 – 2015 гг. и не давала им подняться в 2016 г. Просто важно напомнить, что тогда многие считали, что сланцевой нефти пришел конец, что она не выдержит установившихся низких цен.

В принципе, так и случилось. Добыча сланцевой нефти какое-то время росла (с июля 2014 г. по апрель 2015 г. включительно) – нефтедобывающие компании попытались компенсировать падение доходов от снижения цен за счет роста добычи, но, в конце концов, не выдержали и добыча стала падать. Снижение добычи шло с мая 2015 г. по декабрь 2016 г. включительно. Добыча упала с 4,5 млн. баррелей в сутки до 4 млн. баррелей в сутки (речь идет исключительно о сланцевой нефти). Многие это сочли началом конца сланцевой нефти. Но они ошибались. Добыча с января 2017 г., еще при ценах чуть выше 54 долларов за баррель, снова стала расти, дойдя к концу 2019 г. до 7,7 млн. баррелей в сутки. Динамика изменений добычи отображена на рисунке 1.

В те времена, 2014 – 2016 гг., было много рассуждений о том, что при цене ниже 80 долларов за баррель, добыча сланцевой нефти становится убыточной. Однако, если смотреть на динамику добычи, то мы видим, что это не так. Цены на нефть в период второй волны роста добычи, за исключением нескольких дней, не превышали 80 долларов за баррель.

Однако, сторонники того, что у сланцевой нефти нет будущего, утверждали и утверждают, что, возможно, цена, ниже которой начинаются убытки и стала меньше, но все равно, остается достаточно высокой и волна банкротств вот-вот накроет сланцевиков. Что-то в этих рассуждениях есть. По данным, которые приводит американская адвокатская фирма Haynes and Boone, специализирующаяся на банкротствах, с 2015 по 2019 гг. обанкротилось 208 нефтедобывающих фирмы с общим долгом 121,7 млрд долларов США и 196 нефтесервисных фирм с общим долгом 66 млрд долларов США. Карты с распределением количества банкротств по штатам приведены на рисунках 2 и 3.

Еще один аргумент в пользу того, что добыча сланцевой нефти стоит на пороге кризиса – это снижение количества буровых со 1077 в ноябре 2018 г. до 791 в январе 2020 г.

Возможно, именно такие аргументы использовал И.И. Сечин, когда убеждал В.В. Путина выйти из сделки OPEC+. Что стоит уронить цены на нефть и американская добыча сланцевой нефти не выдержит.

Но если посмотреть на состояние фонда нефтяных скважин в США, то картина выглядит несколько иначе, чем представляет себе И.И. Сечин.

На рисунке 4 мы видим, что подавляющее большинство нефтяных скважин в США имеют низкие дебиты – в среднем в сутки на них добывается не более 2,5 баррелей. В Казахстане, к слову, такие скважины не эксплуатируются как экономически невыгодные.

При низких ценах на нефть фирмы, работающие с такими скважинами, становятся претендентами на банкротство номер 1. Но, с другой стороны, растет доля скважин с высоким дебитом. Растет и их доля в общей добыче. Падение цен на нефть не уничтожит американскую нефтедобычу, а очистит ее от неэффективных фирм. Мы можем ожидать, что добыча в США сейчас сократится от 10% до 15%. Но в то же время останутся те, кто сможет работать при низких ценах. Это же означает, что, развивая технологии, они смогут постепенно нарастить добычу даже при текущих ценах на нефть. Именно поэтому стоит привыкать к мысли, что придется жить при 30 – 40 долларах за баррель нефти.

А новая сделка OPEC+, на которую возлагают так много надежд, если она и сработает, то выиграют от нее только американцы. Потому что реально присоединится к такому соглашению они не могут – это запрещено федеральным антитрестовским законодательством, в качестве наказания предусматривающее, в том числе, и тюремные сроки. И если вдруг цены на нефть пойдут вверх, то они, не связанные никакими соглашениями, со спокойной душой нарастят добычу быстро и цинично. Вот в чем был прав И.И. Сечин, так в том, такого рода сделки играют на руку исключительно американцам. 

Кто-то может подумать, что прогноз избыточно пессимистичный. На самом деле это не так. Можно легко написать совершенно апокалиптический сценарий для отечественной нефтедобычи, памятуя о том, в условиях ухудшающейся конъюнктуры, нашим основным конкурентом на наших традиционных рынках сбыта нефти будет Россия. А мы хорошо знаем, ЕАЭС ЕАЭСом, а к нерыночным методам борьбы с конкурентами Россия очень легко прибегнет.

Диверсификация экономики уже давно перезрела. Затягивая с решением этой задачи, мы делаем все более сложным и неприглядным наше будущее.

Финансы

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33