вторник, 23 июля 2024
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Подведены итоги рекламно-медийной конференции AdTribune-2022 Қаңтар оқиғасында қаза тапқан 4 жасар қызға арналған мурал пайда болды В Казахстане планируется ввести принудительный труд в качестве наказания за административные правонарушения Референдум - проверка общества на гражданскую зрелость - Токаев Екінші Республиканың негізін қалаймыз – Тоқаев Генпрокуратура обратилась к казахстанцам в преддверие референдума Бәрпібаевтың жеке ұшағына қатысты тексеріс басталды Маңғыстауда әкім орынбасары екінші рет қызметінен шеттетілді Тенге остается во власти эмоций Ресей өкілі Ердоғанның әскери операциясына қарсы екенін айтты Обновление парка сельхозтехники обсудили фермеры и машиностроители Казахстана Цены на сахар за год выросли на 61% Научно-производственный комплекс «Фитохимия» вернут в госсобственность Сколько налогов уплачено в бюджет с начала года? Новым гендиректором «Казахавтодора» стал экс-председатель комитета транспорта МИИР РК Американский генерал заявил об угрозе для США со стороны России Меркель впервые публично осудила Россию и поддержала Украину Байден призвал ужесточить контроль за оборотом оружия в США Супругу Мамая задержали после вывешивания баннера в поддержку политика в Алматы Казахстан и Южная Корея обсудили стратегическое партнерство Персональный охранник за 850 тыс тенге: Депутат прокомментировал скандальное объявление Россия и ОПЕК решили увеличить план добычи нефти Рау: Алдағы референдум – саяси ерік-жігердің айрықша белгісі Нью-Делиде Абай мүсіні орнатылды «Свобода 55»: иммерсивный аудиоспектакль про выбор, свободу и январские события

Почему Токаев вдруг заговорил об энергетике?

Только чудо спасает Казахстан от энергетического коллапса – общий износ сетей достиг критического уровня – 63%. Даже если предположить, что начнется их масштабная модернизация, понадобится 40 лет, и это при том, что максимальный срок эксплуатации – 25 лет. Страна не в состоянии закрыть даже существующие потребности к электроэнергии. А что будет, если вдруг у нас начнется бурное развитие производства?

Дефицит мощности на юге страны, высокие потери и повышенный уровень износа в электрических и тепловых распределительных сетях, дефицит электроэнергии в отдаленных сельских районах – вот те вызовы, которые стоят перед страной с огромной остротой.

Наиболее удручающая ситуация сложилась в области тепловых се­тей. Как известно, нормативный срок службы трубопроводов тепловых сетей равен 25 годам эксплуатации, но общий технологический и физический износ основного и вспомо­гательного оборудования в тепловых сетях составляет 63%.

Даже при «рекордных» темпах для полной реконструкции необходимо 40 лет, что почти в два раза превышает нормативный срок эксплуатации тепловых сетей. Ясно, что почти половина имеющихся тепловых сетей изношена порой до состояния «решета», продолжая работать на одном честном слове.

Вот откуда высокая аварийность (по отдельным регионам от 1 до 10 повреждений на 1 км трубопровода ежегодно, при том, что в Европе этот показатель не превышает 0,1) и высокие потери при транспортировке тепловой энергии. Чем это грозит? Грозит это возможностью оказаться в следующем отопительном сезоне без отопления, в результате чего нарушится не только нормальная жизнь жителей, но и работа практически всей промышленности.

Кое-кто в правительстве это все-таки понимал и для ускоренной модернизации жилищно-коммунального хозяйства (ЖКХ) в 2014 г. была принята Государственная программа инфраструк­турного развития «Нурлы жол», рассчитанная на 2015-19 годы. Она финансировалась через бюджетные субсидии и кредиты международных финансовых организаций (ЕБРР, АБР и др.). В рамках этой программы предусматривалось уменьшение износа тепловых сетей на 2-4% в год за счет увеличения объема замены износившихся сетей и строительства новых. За годы ее реализации стало очевидным, что она способна только поддерживать износ тепловых сетей на текущем уровне практически без снижения уровня износа.

Как считают эксперты, изношенные тепловые сети возможно лик­видировать к 2030 г. при замене не менее 750 км сетей в год, что связано со значительными финансовыми затратами. При замене 300 км/год сте­пень износа будет нарастать. Увы, но действие программы «Нурлы жол» в поддержку инфраструктуры городских сетей теплоснабжения завершилось в 2019 г. Сегодня государство не финансирует обслужи­вание и ремонт, несмотря на подаваемые заявки. Дальнейшие планы ремонта теплосетей сегодня остаются под вопросом. В минэнерго даже нет департамента, который бы занимался этой проблемой.

А тем временем, даже в нефтеносной Западно-Казахстанской области износ электросетевого хозяйства превысил 80%. Для промышленности региона это означает увеличение количества отключений и перебоев в электроснабжении, тем самым снижаются объемы запланированного выпуска продукции, которые влияют на экономику не только самого региона, но и всего Казахстана. Для населения перебои с электроэнергией создают дополнительную социальную напряженность.

Еще 15 лет назад энергетики подсчитали, что для реконструкции и модернизации распределительных электрических сетей области не­обходимо в общей сложности 69,2 млрд тенге, а на практике оказалось в 2019 году было заложено всего 330 млн тенге, что составляет не более 2,5% от обосно­ванных предложений еще на 2010 г. Естественно, на сегод­няшний день износ электросетевого хозяйства еще больше увеличился и ситуация усугубилась, и фактические вложения уже оказываются в де­сятки раз меньше требуемых. Очевидно, что существующие тарифы не позволяют не только ликвидировать износ, но и даже снизить его уровень.

Примерно аналогичная ситуация и по всей республике. В то время как по стране изношенность электри­ческих сетей около 70%, средний уровень инвестиционной программы региональной электросетевой компании составляет порядка всего 2-3 млрд тенге в год, что достаточно только для строительства одной под­станции мощностью в 110 кВ, а таких подстанций в каждой РЭК может быть не менее сотни.

Средняя величина потерь на 2020 г. в электрических сетях Казах­стана - 14%, но есть сети, где потери электроэнергии доходят до 18%. Эксперты из разных стран определили, что потери на передачу энер­гии по электрическим сетям должны быть не более 10%. К примеру, в Германии и Японии потери составляют 4-5%. Для снижения потерь электроэнергии необходимы финансовые средства, которых РЭК при существующей системе тарифообразования не имеет.

Кроме того, субъекты естественных монополий должны уменьшать не только потери в сетях, но и аварийность. А для этого, наряду с дру­гими методами, необходимо автоматизировать и оцифровать сети, то есть реализовать мониторинг аварийности, например, через системы SCADA. К сожалению, совершенствование автоматизации и цифровизации процессов требует огромных затрат, которые энергокомпа­нии при нынешних тарифах просто не могут себе позволить.

В развитых странах в энергетику закладываются инновационные технологические решения, соответствующие самым современным требованиям с исполь­зованием цифровых техно­логий. В энергоси­стемах многих стран уже используется принципиально новый подход построения электроэнергетики и электросетевого комплекса - система Smart Grid, которая повышает эффективность использования ресурсов.

Существующие тарифы, даже после недавнего принятия решения об их повышении, являются самым низкими не только в Европе, но и в СНГ. Безусловно, можно расценивать этот факт, как проявление социального внимания. Но какова будет социальная цена предстоящего энергетического коллапса?

А тем временем, ситуация далеко не безвыходна. Другое дело, что она требует беспрецедентно революционных для нашего правительства усилий. В странах Западной Европы давно существует метод RAB регули­рования - это система формирования тарифов, основанная на прин­ципе обеспечения возврата вложенных инвестиций, получения дохода на инвестированный капитал и покрытия расходов организации. Его используют электросетевые комплексы Канады, США, Австралии, стран Западной Европы и др. Переход на RAB-регулирование - это переход на новую инвестиционную стратегию, стимулирующую привлечение инвестиций в развитие сетей. Главное условие – стабильность тарифов на несколько лет. В таком случае RAB стимулирует и мотивирует снижение операционных расходов самой компании, а также позволяет обеспечить прозрачный контроль за ее деятельностью. При этом у компании есть возможность не только обеспечить необходимое финансирование всех мероприятий для поддержки сетей, но и развивать системы электро- и теплоснабже­ния, а также обновлять и модернизировать оборудование. Вот почему во всем мире считается, что RAB-регулирование - это инструмент ре­гулярного привлечения инвестиций в энергетику, без которого она не в состоянии выжить.

Справедливо считается, что электроэнергетика в любой стране мира должна иметь опережающие темпы развития по сравнению с промышленностью. Но для этого нужно решить ключевой вопрос – стоимость электроэнергии.

Нестандартные решения: технологии и инновации

Ничего нового в этом смысле мир еще не придумал: системная интеграция ВИЭ в традиционную энергосистему, использование технологий хранения электроэнергии, внедрение распределенной генерации, созда­ние небольших обособленных энергосистем для нужд группы потребителей, внедрение техноло­гий блокчейна и виртуальных электростанций.

Рынок систем накопления энергии считается быстрорастущим и пер­спективным. В последние годы различные системы накопления энергии очень активно внедряются в энергосистемах по всему миру. Ожидается, что глобальная установленная мощность накопителей энергии по срав­нению с уровнем 2019 г. в мире вырастет в 2040 г. в 122 раза.

Наличие накопителей электроэнергии в энергосистеме Казахста­на исключительно важно потому, что намечается широкое внедрение ВИЭ, а в республике отсутствует гидроаккумулирующая электростанция, а регулирующие возможности уже не собственных ГЭС ограничены. Кроме того, наличие накопителя позволит энергокомпаниям республики снизить их экономическую зависимость от соседних стран. Так, соглас­но данным Министерства энергетики РК, из-за недостаточной манев­ренности и многочисленных аварийных ситуаций, Казахстан в 2019 г. вынужденно закупал услуги по регулировке электрических мощностей у соседних стран на сумму более 8 млрд тенге.

«MicroGrid» - это система распределенной энергетики, образующая маленькую автономную сеть, объединяющую локальных потребителей и источники энергии. Они распо­лагают собственными источниками генерации для работы в нормальных режимах, а в кризисных ситуациях система способна отключиться и ра­ботать за счет своей собственной генерации энергии, взяв на себя задачу удовлетворения спроса потребителей.

Основная особенность технологии блокчейна заключается в том, что потребители становятся активными участниками рынка, поскольку получают возможность продавать электроэнергию, выработанную на локальных генерирующих источниках. Используя технологию блокчейна домохозяйство или малое предприя­тие может установить у себя любой источник возобновляемой энергии (вместе с накопителем) мощностью до нескольких киловатт и не только покрывать свои собственные нужды, но и продавать излишки электро­энергии энергокомпаниям. Она широко распространяется в Европе и Америке, позволяя заключать сделки купли-продажи энергии в течение нескольких секунд. Благодаря прямым продажам без дополнительных партнеров, стоимость покупки энергии снижается. Поэтому конечные пользователи получат выгоду от сокращения затрат на электроэнергию.

Правда, для этого энергокомпаниям придется модернизировать энергосистемы и приступить к введению в эксплуатацию объектов современной инфраструктуры.

Продолжающийся на протяжении десятилетия процесс совершенствования управления в электроэнергетике в развитых странах мира создает основу для развития умных сетей. Для этого внедряются опто­волоконные, радиорелейные и спутниковые средства связи. Раз­витие этих энергетических технологий совпало по времени с цифровой революцией, что открывает возможности внедрения информационных технологий на базе интернета и цифровой информации, автоматизиро­вать и оцифровывать сети, реализовать мониторинг аварийности, на­пример, через системы SCADA - программный пакет, предназначенный для разработки или обеспечения работы в реальном времени систем сбо­ра, обработки, отображения и архивирования информации об объекте мониторинга или управления. Но автоматизация и цифровизация процессов требует огромных затрат, несоизмеримых с тем, что мо­гут себе позволить энергокомпании в условиях нынешней политики тарифообразования.

Однако, даже если будет проявлена «политическая воля», все это не может быть реализовано без квалифицированных специалистов. В энергетике появилось множество нового специализированного обору­дования, что должно сопровождаться такими инновационными техноло­гиями, как, например, гибридные энергосистемы, накопители энергии, виртуальные электрические станции, блокчейн и др. Это качественно новый взгляд не только на источники, но и на технологический режим работы всей энергосистемы. Но проблема в том, что львиная часть персонала, включая топ-менеджмент, не имеет даже отдаленного представления об этих иннова­циях.

Ключевые проблемы в электроэнергетике: в свете развития ВИЭ

Пути решения: традиционные и нестандартные

Очевидно, решение проблемы дисбалансов и маневренных мощностей не в отказе от ВИЭ или ограничении ее дальнейшего разви­тия, а в развитии и гибкости самой энергосистемы страны. Во-первых, АО «KEGOC» и АО «Самрук-Энерго» начало работу по внедрению автоматического регулирования частоты и мощно­сти (АРЧМ). Проект направлен на автоматическое поддержание баланса генерации-потребления электрической энергии в энергосистеме. В его рамках к проектируемой АРЧМ планируется подключить Мойнакскую ГЭС, Екибастузскую ГРЭС-1 им. Б. Нуржанова, Бухтарминскую ГЭС, Усть-Каменогорскую ГЭС и Шульбинскую ГЭС. Это позволит макси­мально эффективно использовать имеющиеся ресурсы маневренной генерации, обеспечить качество электроэнергии и надежность работы электростанций Казахстана. Во-вторых, депутаты и отраслевое министерство инициировали поправки в действующее законодательство по электро­энергетике, предполагающие проведение тендера МЭ РК на строи­тельство балансирующих мощностей, вновь вводимых в эксплуатацию, на объем электрической мощности для покрытия прогнозируемого де­фицита регулировочной электрической мощности и дальнейшего сбыта электроэнергии от них системному оператору. Возможно, эти меры по­зволят перейти от слов к конкретным делам для создания маневренных мощностей.

Однако, помимо традиционных путей решения проблемы, между­народный опыт подсказывает не менее целесообразные нестандартные варианты. Как известно, многие страны успешно используют и внедряют рыночные механизмы в своих энергосистемах.

Появление цифровых интервальных счетчиков электроэнергии, раз­витие телекоммуникаций и «умных сетей» предопределили возможность повышения эластичности потребления и привели к появлению концеп­ции управления спросом за счет управления спросом конечным потребителем, который при определенных стимулах, получает дивиденды за счет его снижения. Одним из типичных примеров управления спросом на электроэнергию является установка термостата, чтобы кондиционеры и другие охлаждаю­щие системы запускались реже. Это приводит снижению потребления, замедлению или остановке производственного цикла в промышленности, снижения интенсивности или отключение освещения в светлое время. Управление спросом также рассматривается, как один из инструментов перехода к низкоуглеродной экономике.

С учетом того, что в структуре потребления электроэнергии в Казах­стане около 70% приходится на промышленность, 10-11%% - на потре­бление населением и около 2% - на сельское хозяйство, такая практика управления спросом могла бы быть реализована у нас с учетом меж­дународного опыта.

Все это говорит о том, что проблемы нашей энергетики не так фатальны, как это может показаться на первый взгляд. Но для этого необходима разработка долгосрочной стратегии развития отрасли, являющейся, без преувеличения, вопросом жизни и смерти.

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33